Муссон

Том услышал, как внизу на палубе отец отдает приказы рулевому:

– Малый ход! Спустить лодку! Человек за бортом!

Но прежде чем корабль успел откликнуться на поворот штурвала и развернуться носом к ветру, Том сгруппировался и прыгнул с реи. Он летел головой вперед, вытянув руки и выпрямив ноги, по плавной дуге. Чисто войдя в воду, он погрузился так глубоко, что темная вода сомкнулась над ним, чуть не раздавив грудь.

Затем Том развернулся и устремился к поверхности. Он выскочил из воды до пояса, шумно, с хрипом дыша.

Корабль проходил мимо него, уже разворачиваясь.

Том посмотрел назад, на кильватерную волну, но ничего не увидел. Однако все равно поплыл в ту сторону, сильно работая руками, взбивая пену за собой и почти не чувствуя, как соленая вода обожгла длинную рану на боку. Он прикинул примерно, где он видел голову Гая, и приостановился, оглядываясь вокруг. Но нигде не заметил брата.

«Ох, боже, если он утонет, я никогда…»

Закончить мысль Том не смог, он просто вздохнул поглубже, согнулся пополам и нырнул вертикально вниз.

Широко открытыми глазами он видел только зеленую воду, пронзенную полосами солнечного света, но уходил на глубину, пока хватало дыхания. Уже следовало срочно вынырнуть, чтобы отдышаться.

И тут он наконец увидел под собой размытое бело-синее пятно, рубашку и куртку Гая…

Легкие Тома уже разрывались, когда он доплыл под водой до брата. Схватив его за воротник куртки, Том рванулся наверх. Хотя он изо всех сил работал ногами, тяжелое тело замедляло движение.

Секунды тянулись, причиняя бесконечную боль.

В груди у Тома горело, нужда в воздухе поглотила его.

Он почувствовал, как силы покидают его ноги. И пальцы, державшие воротник Гая, тоже слабели: Том чувствовал, как брат ускользает из его рук. В глазах потемнело, в безмолвной темноте вспыхнули звезды…

«Будь сильным!» – мысленно прикрикнул он на себя и заставил свои пальцы крепче сжаться на куртке Гая, а ноги – толкать воду энергичнее.

Свет вокруг стал ярче, тьма отступила, и внезапно голова Тома выскочила на воздух и солнце.

Он глубоко вздохнул, наполняя грудь воздухом до боли, потом еще раз втянул в себя сладкий, словно мед, воздух, чувствуя, как он насыщает тело и возвращаются силы. Он потянулся к Гаю, схватил его за густые мокрые волосы и выдернул брата на поверхность.

Гай утонул. В нем не было признаков жизни. Открытые глаза его ничего не видели. А лицо стало восковым.

– Дыши! Бога ради, дыши! – закричал Том в это белое неподвижное лицо.