Начало новой истории

Аристократ, всё больше раздражаясь из-за отсутствия ожидаемой реакции, прошипел сквозь зубы:

– Ты оскорбил мою веру, назвал её рабской!

– Все новые веры учат смирению, ты из какой? – немного более заинтересованно спросил Хафэр.

– Из единственно верной! – тоном фанатика проговорил аристократ. – Пять богов – истинно те, кто создал миры, все мы подчиняемся их воле, мы должны чтить их и уповать на их милость!

Хафэр жестом подозвал Эктори, она немного опасливо подошла.

– Если кто-то утверждает, что его вера единственная истинная, – он дурак, – наставительно произнёс Хафэр.

– Ты смеешь оскорбить меня! Да ваша вера ничуть не лучше – верите в Судьбу, прописанную ещё до начала творения миров. Если смилостивить наших богов, то её запросто можно изменить! По вашим поверьям всё живое создали какая-то баба и мужик, но на самом деле создатель живого был один, а миры создали пятеро.

Эктори хотела возразить, она знала, что ЭВиА и Гоусэ не создавали всё живое – они заложили только основу, а уж потом всё само развивалось под их присмотром и влиянием окружающей среды, и именно из-за этого иногда появлялись те, кого не должно было быть.

– Мы не верим, мы знаем Судьбу.

Юноша расхохотался:

– Тогда какова моя судьба?!

– Замолчишь, – холодно ответил Хафэр.

– Нет! Сразись со мной, ответь за свои слова, и, раз уж знаешь судьбу, то скажи, кто победит?

– Зачем? – устало спросил Хафэр и собрался уже уходить.

– Если ты победишь, то сможешь говорить обо мне всё, что захочешь, – аристократ немного запнулся и с явной неохотой добавил, – и о вере.

Хафэр хмыкнул:

– Я и так говорю, что хочу. Я Им…

– Амперец, – вовремя поправила Эктори.

Хафэр кивнул, проворчав, что не любит, когда их так называют.

– Я отдам тебе земли, что перешли мне по наследству от деда, – воскликнул аристократ, пытаясь вызвать хоть какую-то реакцию, – после падения Империи у вас с ними туго.

Хафэр задумчиво оглядел юношу,выискивая какие-либо знаки рода, но, увидев на платке, торчавшем из нагрудного кармана, пятиугольную печать, не смог вспомнить, чья она, что значило, что род был не сильно влиятелен, и владения не так уж велики. Он опять было собрался уйти, но, увидев в глазах Эктори интерес, смешанный с непонятным страхом, ответил:

– Обещаю лишить тебя жизни, если решишь обмануть меня и оставить ни с чем.