Богу всё равно

Я и не спорю: он взрослый человек, лежать на заплёванном асфальте – его собственный выбор, и ложиться рядом с ним, чтобы принять его точку зрения, я не стану даже ради мира во всём мире, ибо такой мир мне не нужен.

Человеческое зрение всегда ограничено пределами известного конкретному человеку, и максимум, что тут можно сделать – намекнуть, что в мире существует кое-что ещё. Как он поступит с этой новостью – это уже его дело. Кто-то полюбопытствует, а кто-то останется верен принципу «чего не знаю, того нет».

Как часто в своих действиях мы руководствуемся расхожими фразами, усомниться в которых нам даже не приходит в голову? Просто лень или страшно потерять точку опоры, хотя бы мнимую. «Истина рождается в споре». Да? А можно парочку примеров? Я вот, сколько ни пытаюсь, не могу припомнить ни одного спора, в котором родилось бы что-то кроме взаимного недовольства и раздражения. Все полезные мысли приходят уже потом – максимум, на что годится спор, это запустить интеллектуальный процесс или придать ему новый стимул.

Но мы покидаем арену дискуссии с чувством большего или меньшего недовольства собой, и лучшее, что можно в этом случае сделать – попытаться честно во всём разобраться. Честно – это не подбирать ответы, которые нам нравятся, а принимать те, которые вытекают логически.

«Почему иная точка зрения мне так неприятна?» Ответ может оказаться сюрпризом.

Только не юлите – вас сейчас всё равно никто не видит!

ВСЕ МЫ НЕМНОЖКО ЛОШАДИ

«…!!! – вырвалось у Б.Лядова по прочтении очередного поста. – Это ж надо, …, вот такое вот, …! Бабы, …, что с них взять! Сколько бабу ни учи, а она всё равно – баба!» – заключил он, и это краткий конспект пышного и цветистого монолога, который в оригинальной версии был бы отклонён киберцерберами, стоящими на страже сетевой толерантности.

Несмотря на жгучий соблазн выдать этой курице исчерпывающий диагноз на родимом, во дни сомнений и тягостных раздумий правдивом и свободном русском языке, он, тем не менее, по капле выдавил из себя презренного плебея и из этих капель нацедил ровно ту дозу яда, которой как раз хватило на едкую, уничижительную цитату из культового писателя – зря что ли он, Б.