Кари Мора

– Пять лет уже за ним приглядываю. Чиню, если что поломается.

– Бассейн не течет?

– Нет, там всё в полном порядке. Можете пойти освежиться, если хотите. Питание там с отдельного щитка с автоматами, он на стене оранжереи.

Стоящий в углу человек Ганса-Петера, Бобби-Джо, не сводил глаз с Кари. Даже в тех культурах, где пристально разглядывать посторонних людей не считается чем-то неприличным, взгляд Бобби-Джо сочли бы крайне неприличным. Глаза у него были оранжево-желтые, как у некоторых черепах. Ганс-Петер взмахом руки подозвал его к себе.

Подойдя, Бобби встал слишком близко от Кари.

Ей была хорошо видна надпись «По самые помидоры!», косыми сиреневыми буквами наколотая у него сбоку на шее, под начинающим отрастать тюремным ежиком. На пальцах – буквы «LOVE» и «HATE»[10 - «Любовь» и «ненависть» (англ.).], на тыльной стороне руки – «Мануэла». Из-за непропорционально маленькой головы ремешок бейсболки затянут чуть ли не до упора и торчит далеко вбок. Кари при виде этого выступающего хвостика сразу кольнуло воспоминание о чем-то нехорошем – мелькнуло и тут же пропало.

– Бобби-Джо, волоки все тяжелое в павильон у бассейна, – распорядился Ганс-Петер.

Когда Бобби проходил мимо Кари, то якобы невзначай мазнул ей по ягодицам тыльной стороной руки. Она дотронулась до перевернутого латинского креста Святого Петра, свисающего с шеи на четках.

– Электричество и вода по всему дому включены? – продолжал расспросы Ганс-Петер.

– Да, – кивнула Кари.

– А есть двести двадцать?

– Есть.

В прачечной и прямо за кухонной плитой. Еще в гараже зарядка для гольф-карта с двухсотдвадцативольтовой розеткой, над ней на крючке – два удлинителя. Пользуйтесь красным, черный не трогайте. На черном кто-то зубец заземления обломал. Рядом – два двадцатиамперных предохранителя. В павильоне у бассейна тоже надо автоматы включить.

– А есть план дома?

– Архитектурный план и схема проводки – в библиотеке, в низеньком шкафчике.

– Сигнализация подключена к центральному офису или напрямую к полиции?

– Нет, она тут отдельная – просто к сирене на улице.

Четыре зоны, двери и датчики движения.

– Еда какая-нибудь в доме есть?

– Нет. А вы здесь и питаться собираетесь?

– Да. Кое-кто из нас.

– Ночевать тоже будете?

– Пока не закончим работу. Некоторые и есть, и спать будут здесь, в доме.

– Еду тут вообще-то развозят. Передвижные закусочные. Тут на улице кое-где строят, так что они обслуживают рабочих. Неплохо кормят. Особенно в начале недели.