Ожившая

Открылась тебе. И я этому очень рада.

– Я тоже очень рад, – сказал Глеб. – Как же мне хорошо!

Молодая красивая пара заулыбалась.

Орлов взял руку девушки, поднёс к своим губам и нежно поцеловал. Татьяна с такой же нежностью погладила щёку Глеба.

– Я вот ещё чем хочу с тобою поделиться, – обмолвилась Татьяна, поднеся свою руку к губам. – Это важно.

Девушка ненадолго задумалась.

– Чем, Таня? – спросил Орлов, опуская её руку к себе на колени.

– Помнишь, во время танца ты мне сказал, что я тебе снюсь?

– Да, помню, – внимательно слушая, ответил Орлов.

– После смерти мамы я как-то днём гуляла по набережной и ко мне неожиданно подошла пожилая цыганка, – стала вспоминать Татьяна. – Она взяла мою руку, а я не стала сопротивляться; посмотрела в мои глаза, сказав, что меня оживит и унесёт в тихое место красивый орёл. Деньги она брать напрочь отказалась. Я вначале не поняла её аллегорию, а теперь мне стало всё ясно. Это был ты, Орлов. С тех пор ты мне стал сниться каждый месяц, в полнолуние.

– Ты мне тоже являлась во сне целый год, – добавил Глеб. – И я так мечтал о тебе.

– Мы танцевали во сне, – продолжала тихо говорить девушка.

– Да, мы танцевали, – медленно повторял за нею Глеб.

Глеб и Татьяна любовались друг другом и нежно держались за руки. Их соединённые кисти олицетворяли «любовный замок», который не хотелось открывать.

– Я хочу с тобою потанцевать, – вставая, сказал Глеб. – Ты согласна?

– Да, – ответила Татьяна и тоже встала со стула.

Орлов нашёл на телефоне медленную композицию, под которую они танцевали в клубе, и включил её.

Красивая мелодия расплылась по кабинету.

– Ты сохранил её себе? – с восторгом сказала девушка.

– Да, я часто её слушал после того, как ты исчезла из клуба. Слушал и тосковал по тебе.

– У меня нет слов, – на глазах Татьяны проступили слёзы, – всё один в один. Мы с тобою повторяем все действия в унисон.

– Потому что наши души уже давно танцевали под эту песню во Вселенной непостижимой любви, – вылетело из уст Глеба.

Они обняли друг друга и медленно закружились под мелодию.

– Всё, что связано с тобою, Глеб, несёт в себе такую необъяснимую загадку, что мой разум отказывается что-либо понимать на этот счёт.

– А всё, что связано с тобою, Татьяна, перевернуло в моей жизни с ног на голову, потому что ты и есть моя необъяснимая загадка.

Французский аромат, исходящий от неё обволакивал Глеба.