Заглядывающий

– Оо! Таких он любит ещё больше, – улыбнулся старец. – Ему нравится ломать сильных плохих людей. Ты принёс что надо, Дик?

– Да.

Парень протянул фотографию и зажигалку Джона. Триста баксов заплатил он официантке, чтобы она спёрла именной «Зиппо» со стола мажора.

– Отлично, – Роланд потёр руки. – Попробуем. Ничего не обещаю. Заглядывающий сам решает, браться ему за жертву или нет. Если не получится, попробуем кого-нибудь попроще.

Он положил перед собой фотографию с зажигалкой, зажёг три свечи на столе, начертил между ними какие-то знаки, достал старую, толстую книгу и стал читать на непонятном языке.

Дик с Элис переглянулись. Всё это было похоже на шарлатанство.

Вдруг старец резко вытянул шею и уставился в потолок, его тело дрожало. Когда он снова посмотрел прямо перед собой, его глаза были черны.

Это уже не было похоже на шарлатанство.

Конвульсии Роланда продолжались около минуты, после чего он обессиленно упал на стол. Улыбка заиграла на его губах, когда он снова поднял голову.

– Ухх, – выдохнул старец. – Вот это демон. Цель ему понравилась – я был прав насчёт этого. Подумать только – первый вызов Заглядывающего нашим орденом… Да и, вообще, кем бы то ни было. Больше века он не посещал наш мир. Хотя попытки вызова были… Видать ваш Джон здорово его раззадорил.

– А почему вы захотели вызвать именно его? – спросил Ричард.

– Во-первых, потому что твой случай показался мне подходящим – твои злоба, месть и отвращение к цели… Это что-то. Я давно ждал такой концентрации этих чувств, чтоб вызвать его.

– Каким? – не своим голосом спросила Элис…

*****

Джон мог бы быть хорошим человеком. Он не был больным, жаждущим крови и унижений людей – он просто был избалованным. Дурные примеры родителей – Карла и Джессики, – которые ни во что не ставили тех, кто не блистал богатством и успехом, которые могли ударить горничную, дворецкого и других своих работников за малейшую оплошность на глазах у сына, – сделали своё дело.

Уже к семи годам Джон чётко делил людей на две категории: высший ранг – с этими нужно было соблюдать правила этикета, быть культурным и вежливым, – и простых – а этих можно было оскорблять, бить и унижать. Даже убивать. В девять лет он узнал о том, что его отец убил «копающих» под него журналистов.