Среди иллюзий

–Ты её осуждаешь?—спросила Наталья, положив руку ему на плечо.

–Нет,—ответил Костя, качая головой.—Когда был мал, осуждал. А когда повзрослел, перестал,—сказал Костя, всё так же глядя вниз.—Я не знаю, почему она не захотела быть моей матерью, и уже поэтому не могу её осуждать. Хотелось бы верить, что у неё были на то причины.

–Ну а отец?—резко продолжила Наталья.

–Я не знал его совсем, так же, как и мать. Я знаю, почему волки нас ещё не тронули,—сказал он и взял паузу, давая возможность Наталье задать главный вопрос, на который ей очень нужен ответ.

–И почему же?—спросил она.

–Я слышу их,—ответил Костя.—Слышу, как они шепчутся, разго-варивают друг с другом и ждут команды вожака. Не трогают, потому что я им запрещаю. Но долго им запрещать я не смогу. Они говорят, что убьют всех или умрёт один.

Наталья посмотрела на Костю и не обронила ни слова, у неё даже бровь не дёрнулась. Костя понял, что она ждала чего-то подобного, вот и не удивилась.

–Так кто ты?—спросила Наталья Ивановна.

Костя молчал, смотрел на огонь и искал ответ.

–Не знаю. Я не знаю! Сам хочу это понять и найти ответы на те вопросы, что мучают меня… Не уйдёт никто,—поставил он ультима-тум.—Или уйду я и заберу кого-то одного с собой,—закончил Костя.

Наталья глядела на него, и по её щеке медленно катилась слеза.

–Обещай мне…—сказала она, тихо всхлипывая.

–Обещаю,—сказал Костя после небольшой паузы, осознав, что они заключили молчаливый договор.—Вы хороший человек, и мне будет не хватать наших бесед.

Наталья, кивая, прикрыла рот рукой, чтобы не зарыдать и не разбудить спящую дочь. Ей ничего не оставалось, только смириться и осознать, что это её последние дни, а возможно, и последние часы рядом с дочерью. Но ей почему-то не было страшно. Она понимала, что находится именно там, где должна быть, и всё делалось для этого. Говорят, как карта ляжет, но оказалась—как колоду растасуют.

Костя немного посидел рядом и отправился спать. Его одолевала усталость и мысль о том, что завтра предстоит продолжить путь.

Глава вторая

Дар. Что такое дар? Костя проснулся с этой мыслью среди ночи, и уже не в первый раз. Почти каждую ночь он просыпается в три часа с мыслью о том, что такое дар. Он, как обычно, посмотрел на часы. Стрелки показывали три часа ночи.

–А это бесит уже,—сказал вслух Костя.

Он сел в кровати, тронул лоб рукой и провёл по волосам.