Наш хлеб – разведка

В случае чего, конечно, уйти будет тяжеловато, а вот если придется пару раз пальнуть для острастки куда-нибудь в область локтевого сгиба, то на улице наверняка слышно не будет. Ко всему, рядом площадка с аттракционами, где гремит музыка и визжат дети.

Антон вошел молча. Не сводя взгляда с директора, запер дверь и медленно двинулся на середину комнаты, одновременно доставая из-за пояса пистолет. У него была кобура под мышкой, но он специально переложил его туда. Так будет эффектней.

Осипов сидел, не моргая и не шевелясь, глядя ему в глаза. Лишь слегка приоткрылся рот, а южный загар на лице стал исчезать. Когда в руке Антона появилось оружие, хозяин кабинета издал звук, похожий на протяжный стон, при этом его нижняя губа затряслась. Он поднял руки, закрывая лицо, и вжался в спинку кресла.

Антон решил разыграть из себя человека, которому доставляет удовольствие убивать.

– Тебя заказали...

– Не... Не надо...

– Надо, брат, надо, – Антон передернул затвор, – мне уже заплатили, и я должен отработать деньги.

– Кто! – неожиданно взвыл Осипов. – Джамбулат?! Сука! Я же все сделал!

– Правильно, – хмыкнул Антон. – Зачем ему свидетели?

– Погоди! Погоди! – Мужчина неожиданно вскочил, потом сел. – Сколько он тебе дал?

– Разве тебе интересно перед смертью узнать цену своей жизни? – Антон сделал удивленное лицо и даже опустил ствол пистолета, словно его заинтриговало, почему этот человек спрашивает такие глупости в последние секунды жизни.

– Три тысячи долларов! – взвыл Осипов.

Антону даже показалось, что от такого известия бедняга пришел в больший ужас, нежели от появления киллера.

– Я заплачу тебе в десять раз больше! Кто такой этот Джамбулат? Нищий! Я! Ты только не стреляй!

– Так, – протянул Антон, сделав вид, будто заинтересовался предложением. – Деньги покажи!

– Здесь, – Осипов показал взглядом на сейф, стоящий справа от стола, – половина.

– Ты еще и условия мне выдвигаешь? – Брови Антона взлетели на середину лба.

– А как ты хотел? – Осипов немного успокоился и даже позволил себе отпить прямо из горлышка графина воды. – Сейчас все зараз получишь, а потом все-таки грохнешь меня.

– Соображаешь, – Антон криво усмехнулся. – Хорошо, я согласен. Давай «капусту», и до вечера разбегаемся.