Падение

Смотрели прогноз погоды и обозревали открытое пространство впереди – бесконечные пустыни и снежные шапки гор, сменяющиеся живописные пейзажи западной части Соединенных Штатов. Но пока самолет спокойно шел на автопилоте, по большей части они коротали время точно так же, как пассажиры. Бен читал книжку на планшете и время от времени с кем-то переписывался. Билл жевал злаковый батончик и готовился к компьютерной части экзамена для переподготовки, которая проходила каждые два года и должна была состояться через несколько недель.

Ноутбук Билла просигналил уведомлением об имейле. От Кэрри – но без темы или текста, просто фотография. «Странно», – подумал он, открывая вложение. Иногда она присылала снимки детей или событий, которые он пропускал в полете. Но из-за того, как они сегодня расстались, это было неожиданно.

Увидев снимок, Билл несколько раз моргнул, совсем перестав что-либо понимать. Он узнал и диван, и телевизор за ним. Узнал книги и фотографии. Узнал бутылку пива, которую оставил вчера ночью, когда они со Скоттом досмотрели, как команду «Доджерс» разгромили в шестом матче, и легко мог представить себе высокий дуб на заднем дворе, бросавший тень на пол залитой солнцем общей комнаты.

Все это было понятно.

А вот два человека, стоявшие в комнате, – уже нет.

Босые, с голыми ногами, с разведенными по сторонам руками; ладони робко раскрыты в немой мольбе к небесам. Он знал их лица, которые нельзя было различить из-за черных мешков на головах. Ему не надо было видеть розовый педикюр жены, чтобы понять, что это она, и точно так же он сразу узнал тощие ноги сына.

Билл наклонился вперед, пытаясь разглядеть, что надето на Кэрри. Это был какой-то странный жилет с карманами спереди и сзади, а из лежащих в них кирпичиков торчали разноцветные провода. Он уже видел такие жилеты в новостях – зернистые видеокадры, на которых смертники делают последнее заявление, прежде чем стать мучениками. Но в ту секунду он не мог понять, что именно видит, из-за необычности зрелища.

Во рту пересохло. Голова закружилась, и он оперся рукой на столик. Закрыл на пару секунд глаза, надеясь, что, когда их откроет, фотографии уже не будет. Или что он проснется и поймет: все это сон. Что он как-то сможет начать заново. Или просто – исчезнуть.

Когда он открыл глаза, его замутило.

Фотография жены в жилете смертника, стоящей вместе с сыном в их гостиной, никуда не делась.

Пришло еще одно письмо.

Надень наушники.