Под шепчущей дверью

Уоллес дрожащим голосом ответил:

– Это, возможно, самое сильное приуменьшение, когда-либо сделанное человеком.

– Он пытается говорить гиперболами, – сказала Мэй Хьюго, словно это что-то объясняло.

Хьюго поднял свою чашку и сделал глоток. Его брови на какой-то момент сошлись на переносице, но потом вернулись на место.

– Я постараюсь ответить на них как можно вразумительнее, но всего я и сам не знаю.

– Не знаете?

Хьюго покачал головой:

– Конечно не знаю. Откуда?

Разочарованный Уоллес выпалил:

– Тогда я задам самые легкие вопросы.

Мэй рассмеялась:

– И ты называешь эти вопросы легкими? Классно, чувак! Я тащусь.

– Вы здесь, потому что умерли, – сказал Хьюго. – Что же касается второго вопроса, то не знаю, способен ли я дать на него исчерпывающий ответ, по крайней мере, на том уровне, на котором вы его задаете. Да и вряд ли кто способен на это.

– Тогда я спрошу: а в чем ваш смысл?

Хьюго кивнул:

– Ну, это действительно просто.

– Я уже говорила ему об этом, – прошептала Мэй.

– Бывает трудно усвоить полученную информацию сразу же, – в свою очередь прошептал Нельсон. – Дадим ему чуть больше времени.

– А чем занимается перевозчик? – спросил Уоллес. – Вы единственный или есть и другие?

Хьюго покачал головой:

– Нас много. Людей, которые… Ну скажем так: людей, получивших задание помогать таким, как вы, постичь, что вы чувствуете.

– У меня уже есть психотерапевт, – огрызнулся Уоллес.

– Неужели? – изумилась Мэй. – Нет претензий. Совершенно никаких претензий.

– Мэй, – снова предостерегающе произнес Хьюго.

– Конечно-конечно, – пробормотала она и сделала глоток чая. А потом со слегка расширившимися глазами выхлебала тремя большими глотками все, что оставалось в чашке. – Черт побери, до чего же хорошо. – Она посмотрела на Уоллеса: – Хм, не ожидала такого от тебя. Поздравляю.

Уоллес не понял, что она имеет в виду, и не озаботился спросить.

– Я в горах.

– Да, – согласился Хьюго.

– Рядом с городом нет гор.

– Нет.

– Значит, мы проделали долгий путь.

– Проделали.

– Даже если вы не единственный перевозчик, то я все равно не понимаю, как это работает. Люди все время умирают. Сотнями. Тысячами. И здесь должно было бы находиться куда больше народу.