Я вернусь

Я вернусь

Т. Флорео

Конец XXI века. Заря новой космической эры. В поисках вдохновения, художник Юра прибывает на МКС-3, новейшую космическую станцию, крупнейшую из когда-либо построенных. Но, что он найдет там кроме вдохновения?

Т. Флорео

Я вернусь

– Голова кружится? – спросил Кир, после очередной затяжки, почесывая небритую щеку рукой с зажатой в пальцах сигаретой.

Юра медленно кивнул. Изогнутая серебристая струна Космического Лифта рассекала небо, и растворялась в голубизне, где-то невыносимо высоко.

Смотреть на нее было почти физически больно. И невозможно было оторвать взгляд. Юре это напоминало чувство, когда, в далеком детстве, он ложился на спину на скамейке у подъезда своего дома. Тогда, при взгляде на нависшую над ним громаду, освещенную закатным солнцем, на невероятную глубину неба, у него захватывало дух. И, как и сейчас, ему казалось что он вот-вот упадет, упадет вверх.

– Пройдет, со временем. – с уверенностью бывалого, заверил его Кир. Ему предстояло исполнять обязанности гида, проводника и сопровождающего Юры, во время его визита на МКС-3.

Юра, в свою очередь, не сомневался что в тридцать лет ему уже не нужна нянька, но таков был регламент.

На опоре стало заметно движение. Как темная бусина, скользящая по сияющей нити, спускалась вниз гондола лифта.

– О, это по нашу душу. – Кир выбросил окурок в песок, выстучал из пачки еще одну сигарету, прикурил. Ощутив легкий укор во взгляде Юры, он остался невозмутим. – Что? На станции курить нельзя.

Мне нужно наникотиниться впрок.

После пары затяжек он продолжил:

– Пить, там, кстати, тоже нельзя. Еще час до отправления, а потом еще подниматься пять часов, в челноке заняться будет совершенно нечем, а бар тут как раз неподалеку…

Намек был очевидным, и совершенно необязательно было подкреплять его жестом руки с оттопыренным мизинцем и большим пальцем. Кир, тем не менее подкрепил.

– Заметь, не я это предложил. – с притворным достоинством ответил Юра.

Они пошли прочь от металлической ограды, окружающей наземный комплекс Лифта. Достаточно было повернутся спиной к возвыщающемуся монументу будущего покорения космоса, и из технологического настоящего, они попали даже не в прошлое, а в вечное. Волны, шипя, накатывались на песчаный пляж. Сверкали блики на голубой спине Атлантического океана. Кричали зависшие в потоках воздуха чайки, скрипел под ногами песок.

Бар издалека мог бы показаться туземной хижиной.