Мания величия

– Это авиастроительная корпорация? – уточнил Матвей.

– Объединяет в себе несколько предприятий, занимающихся отечественным самолетостроением. – Дешин потянулся к лежащей с краю стола пачке сигарет, однако, вспомнив отношение Матвея к этой привычке, в последний момент передумал.

– Значит, автомобиль служебный? – сделал вывод Матвей.

– На нем ездит генеральный конструктор, – подтвердил его предположение Дешин.

– Странный выбор, – удивился Матвей. – Обычно чиновники выбирают лимузины комфортнее.

– Конструктор не совсем чиновник, – заметил Дешин.

– Хочешь сказать, его водитель как-то связан с бандитами? – попытался угадать Матвей.

– Не знаю, – Дешин пожал плечами. – Ты указываешь, что несколько раз ударил его руку дверцей.

– Три раза, если быть точнее, – кивнул Матвей. – Причем удар был такой, что парень сейчас наверняка в гипсе.

– Так и есть, – подтвердил Дешин. – Но он категорически отрицает, что травма получена в процессе борьбы у гипермаркета.

– Да что ты говоришь?! – воскликнул Матвей.

– Конечно, – отчего-то тусклым голосом подтвердил Дешин.

– Не понимаю твоего настроения. – Матвей настороженно заглянул Дешину в глаза.

– Не все в этом деле так просто, как видится с первого взгляда, – озадачил Дешин.

– Ты бы ввел в курс дела, – попросил Матвей.

– Хорошо. – Следователь с шумом перевел дыхание. – Как я уже сказал, машина принадлежит генеральному конструктору «Евразавиа» Ерохину Борису Васильевичу.

– Погоди, – осадил его Матвей. – Хочешь сказать, что ему уже под шестьдесят?

– Не хочу, оно так и есть, – ошарашил Дешин.

– Не может быть, – покачал головой Матвей. – Точно не он был за рулем. Тому парню не больше тридцати.

– И ты туда же, – с горечью в голосе проговорил Дешин.

– Куда? – растерялся Матвей.

– Куда и все. – Дешин зло бросил ручку на стол. – На следующий день Юрасов обратился за медицинской помощью. Думаешь, что послужило поводом? – Дешин застыл в ожидании ответа.

– Правильно, я же его правую руку дверцей раздолбил. – Чувствуя, что сказал глупость, Матвей пожал плечами: – Но я не мог ошибиться. Точно говорю, за рулем был человек, которому даже тридцати не дашь. Извини, в два раза ошибиться с возрастом – это надо быть слепым.