Вкус яда

Она убьет меня.

– Знаю, – отзывается он мрачным тоном. – Меня самого послали сделать именно это. Я заключил сделку и теперь обязуюсь принести Трис твое сердце.

– Но я не…

Он останавливается, поворачивается и смотрит на меня с яростью в глазах.

– Самое ужасное доказательство из всех все еще остается в силе. Твоя кровь пахнет тем же ядом, при помощи которого ты убила своего отца. Кроме того, я чувствую, что у тебя в кармане целый флакон. Почему ты принимаешь его? Чтобы выработать иммунитет?

Я несколько раз моргаю, глядя на него.

– Мне не нужен иммунитет. Я же наполовину фейри. Пурпурный малус не может меня убить. – Я проглатываю то, что осталось невысказанным. То, что этот яд смертелен только для людей. Для моего отца, например.

– Тогда почему ты носишь его с собой?

Правда железным грузом лежит на моем сердце. Я не люблю даже вспоминать об этом, не говоря уже о том, чтобы обсуждать с кем-то. Поэтому я ограничиваюсь самым простым ответом.

– Несколько лет назад я была ранена.

От этой мысли я содрогаюсь. Пурпурный малус может быть смертелен для людей, но при этом ускоряет исцеление фейри в десять раз. Его редко используют с подобной целью, поскольку обычно фейри достаточно хорошо исцеляются сами. Но тем, у кого в венах не так много крови фейри, тем, кто не в состоянии быстро исцелиться и при этом точно не умрет от ядовитого воздействия настойки, пурпурный малус спасает жизнь.

Охотник оглядывает меня с ног до головы.

– Судя по всему, ты уже исцелилась. Почему же все еще принимаешь его?

Я прикусываю губу, прежде чем ответить.

– Я использую пурпурный малус, чтобы справиться с затянувшейся болью.

Уголки губ мужчины изгибаются в жестокой усмешке.

– Последняя фраза была ложью, верно?

Кровь отливает от моего лица. Охотник уже начинает отворачиваться, когда я выпаливаю признание.

– Я использую его, чтобы управлять своим настроением.

– Зачем?

– Потому что настроение влияет на мою магию, ясно?

– Расскажи мне о своей магии.

Я сильно сжимаю губы. Одна мысль о том, чтобы рассказать ему правду, причиняет мне боль. Не только сама магия приносила мне неприятности, но и желание рассказать о ней. В прошлом подобные разговоры, как и плохое настроение, только помогали мне наживать врагов.