Волшебные кости

Меня же он на дух не переносил, и в этом я отвечала ему взаимностью.

Тяжело сказать, с какого момента всё пошло не так. Наверное, с самого начала: когда они нашли меня, а затем Вэй; когда обнаружили мои магические способности, и когда Варравар понял, что Вэй ему принесёт куда больше денег, чем я.

Он подошёл к своему столу, плюхнул себе в тяжёлый стакан янтарную жидкость из толстого графина и выпил её залпом. Варравар стоял ко мне спиной, опустив обе руки на стол. Я наблюдала за тем, как вздувается его огромная спина и неосознанно подстраивала своё дыхание в такт его, стараясь стать как можно более невидимой.

Это пройдёт. Такие вспышки гнева не длятся долго: они похожи на бурю в южных регионах Мирафелла – делают много шума, но длятся не более получаса. Очень некстати мне пришла мысль о Бериале: надо было попросить его хоть о частичке магии.

Тогда я бы просто направила летящую к моей щеке ладонь Варравара, так чтобы он смачно шлёпнул сам себя. Представив это, я не смогла сдержать тихий смешок, мистер Хейл тут же повернулся ко мне.

– Тебе весело, да? Ухмыляйся сколько влезет. А я посмеюсь потом, когда выпишу тебе жалованье за это представление.

– Я ничего не сделала. – В маслянистых глазах Варравара виднелась неприкрытая ярость. Костяшки его пальцев побелели, сжимая потёртый край столешницы.

– Из-за тебя разбежалась половина посетителей. Чего тебе стоило просто пройти мимо этого идиота? Ты хоть понимаешь, какой это труд, содержать целую труппу? И что я теперь должен делать?! Мы не соберём и половины шатра! Что ты мне предлагаешь? Пойти просить милостыню к замку Мифрила? – Он подскочил ко мне и схватил за руку, обнажив моё запястье с браслетом.

Я кивнула, опустив взгляд. Было тяжело забыть вечер, когда Варравар ввалился ко мне в вагончик, тыча в лицо бумагой, на которой была написана кругленькая сумма. Как он тогда объяснил, это были расходы на моё содержание, в то время, когда я ещё не выступала.

Помимо заработка с билетов, в конце выступления разрешалось пройтись по рядам и собрать горстки монеток, которыми иногда нас одаривали зрители. В большинстве случаев это приносило всего пару медяков, но в крупных городах можно было надеяться и на серебряник.