Игра в кроликов

 – Сомневаюсь, что он стал бы играть.

– Да даже если играл, где доказательства, что он выиграл? – говорит женщина в футболке с логотипом «Титаники». – В списках Круга значится Калифорниак, а не Алан Скарпио.

– Тогда как он разбогател буквально за одну ночь? – приводит Салли Беркман частый аргумент в спорах о Скарпио. – Он и есть Калифорниак. Ему идеально подходит. Он даже родился в Сан-Франциско.

– А, ну да. Родился в Сан-Франциско – значит, точно он, кто ж еще, – так и продолжает нарываться любитель Донки Конга.

– Сан-Франциско находится в Калифорнии, – говорит Салли Беркман. – Калифорниак.

– Ты что, серьезно? – качает головой Донки Конг.

– Может, займемся тем, зачем мы собрались? – вмешиваюсь я.

Если они начнут спорить, кто такой Калифорниак и побеждал ли Алан Скарпио в шестой игре, мы проторчим тут всю ночь. Плавали, знаем.

Я киваю стоящей у входа в зал кудрявой блондинке, и та выключает свет. Ее зовут Хлоя. Мы давно дружим. Она работает на Фокусника.

Весь этот зал принадлежит Фокуснику.

Бывший подпольный бар, в восьмидесятые переделанный под пиццерию с игровыми автоматами. Печь для пиццы сломалась лет десять назад, поэтому теперь остались лишь автоматы. Никто не знает, как Фокусник умудряется поддерживать его на плаву в век домашних компьютеров, а в последнее время и телефонов, но как-то ведь умудряется.

Этот зал – портал в прошлое.

Кирпичные стены и бегущие по потолку трубы резко контрастируют с яркими экранами автоматов и пиликаньем восьмибитной музыки, переплетаясь в странноватом, но уютном сочетании анахронизмов.

Хлоя называет его индустриальным стилем восьмидесятых.

Сейчас Фокусника нет: он уехал в какую-то экспедицию. Но он и так не показывается на встречах.

Мы начали пользоваться его залом после восьмой итерации. По сути, зал Фокусника стал нашей базой, местом, где можно встретиться в неформальной обстановке и обсудить игру с такими же одержимыми, даже когда остальные потеряли к ней интерес.

Я включаю кассетный магнитофон, и из динамиков звучит голос доктора Эбигейл Прескотт.

«…Вызывает тревогу уровень секретности, окружающий игру, как и количество участников… ПОМЕХИ…от начала пути и до первой отметки – полный хаос, логику не отследить ни одним алгоритмом… ТРЕСК …по описанию базовое состояние игры похоже на жидкость, будь то клеточная цитоплазма или протоплазма… ПОМЕХИ …Долгое время новостей не появлялось, пока в 1959 году студентка из Оксфорда не обнаружила первую зацепку.