Призванная быть любимой

– Да. Давно на своем алтаре я столько эмоций не ощущала. Ты что устроила, а, Призванная? Мужья вон тебя ищут. Весь храм на ушах. А ты? – высказала мне небожительница.

А я. А что я? Стыдно мне.

– Ладно, не смущайся. Ты спрашивала, почему ты. Честно – не знаю. Силы призыва нашли тебя, видимо, потому, что не только шестеро избранных могут тебя полюбить, но и ты их. У местных женщин предубеждение насчёт нагов, но ведь тебе они нравятся?

Ну а что ответишь. Угукнула и покраснела.

– Вот видишь, нравятся.

– Да, – ответила я и покраснела ещё сильнее, вспомнив поцелуй с Реем.

– Насчёт того, чтобы рожать народ, – думаю, и не потребуется. Вся суть моего наказания в том, чтобы люди и наги научились не просто терпеть друг друга, а стали одной семьёй, тогда и войн ужасных больше не будет. Я ведь не думала, что так всё затянется. Думала: ну, сойдутся несколько пар нагов и людей, нарожают дочек, и всё будет хорошо. Если бы хоть одна пара образовалась, я бы простила их, – горько усмехнулась Богиня.

Я молча приобняла Лиру в утешительном жесте.

– А они? – богиня всхлипнула и горько расплакалась.

– Ну что ты… Не плачь. Всё будет хорошо. Я постараюсь полюбить их. Они классные, правда. А наги вообще сногсшибательные, просто их много для меня, – утешала я Лиру.

– Они ведь все мои дети. Знаешь, как страшно, когда дети убивают друг друга? Душа разрывается в клочья. А если бы не угроза вымирания, они бы опять воевали, потому что любить и доверять друг другу не научились, – продолжала сокрушаться Лира.

– Слушайте, Лира, я понимаю, шестеро мужей. Но зачем мне ещё и седьмой? Может, обойдусь этими? – с надеждой, что мой дурдом хотя бы не будет шириться, спросила я у Богини.

– А это мой тебе лично дар. Потом поймёшь, – с хитрющей улыбкой ответили мне. – Спасибо. Я, наверное, тысячу лет уже не плакала, не облегчала душу. За это тебе от меня подарок, – и она передала мне кулон в виде хрустальной слезы.

*

Рейнолд Карст

*

Если бы неделю назад мне кто-нибудь сказал, что я буду счастлив быть избранным, не поверил бы. Я слишком молод для женитьбы.

«Вступить в клан и стать игрушкой главы семьи – что может быть скучнее и ужасней?» – думал я тогда.