Прощение

Прощение

Юлия Медведовская

Взлетев в одно мгновение до своей спальни я захлопнула двери, заперев их, прижалась спиной и перевела дыхание. Не прошло и пары минут, как с коридора послышались тяжелые шаги. Дверь толкнули, а затем раздался мрачный голос Вестнорда. – Корнелия, не вынуждай меня ломать двери в собственном доме. – Это не твой дом и никогда не станет им! – сердце бешено металось в грудной клетке. – Ошибаешься. Все принадлежит мне с того момента, как я поставил свою подпись в том чертовом договоре. Немедленно отопри двери, – я прекрасно слышала надвигающуюся грозу в его голосе, но страх из-за мысли, что он пришел, чтобы исполнить супружеский долг, напрочь отключил инстинкт самосохранения.

Юлия Медведовская

Прощение

Глава 1

Сжала руку в кулак, так что ногти с силой вонзились в ладонь. Чтобы унять слезы. Боль отрезвляла и не давала удариться в панику . Я не имею права показывать свою слабость, только не сейчас. Сейчас я должна быть твердой, уверенной и сильной. Я нужна этим людям, собравшимся на площади.

От моего решения зависит их будущее .

Лицо отца, лежащего на каменном возвышении было спокойным, бледным и каким-то чужим. Недуг оставил на родном лице свой отпечаток. Я знала о том, что отцу осталось недолго, слишком глубоко болезнь запустила свои корни в его тело, но удар от осознания свершившегося все равно был оглушительным. Мой отец, эрл Эдвард Брентон, был человеком чести, справедливым, мужественным и преданным своему народу. Люди любили его, от крестьян до видамов – вассалов, присягнувших ему в верности.

Несмотря на свои происхождение и титул он мог встать за плуг, чтобы облегчить труд крестьянину. Он был для меня примером, эталоном мужчины, надежным, понимающим, моей стеной, моей крепостью, готовый любой ценой защищать семью. Его не стало и стена рухнула, оставив меня одну. Словно тепличный цветок, безжалостно вырванный с корнями и брошенный посреди дикого поля.

Ледянная капля обожгла мою щеку, вырывая из мыслей. Начавшийся дождь заставил людей поторопиться занести тело покойного в темноту склепа, разрываемую светом факелов.

Здесь навеки упокоится отец. Рядом с женой и сыном.

Моей мамы не стало когда мне было всего четыре года, тогда появился на свет мой младший брат Коллин. Я практически не помню какой она была. Единственным воспоминанием о ней остался ее портрет в главном зале. На нем она была совсем молодой девушкой, длинные темные пряди вьющихся волос и пронзительные изумрудные глаза.