(Не)зависимость. Призванная быть любимой-2

Паховые пластины до боли вдавились в карабины ремня в попытке раскрыться и причиняли боль, но даже это не могло меня отрезвить.

– Не надо. Перестань, крошка, я же не железный, я не смогу сдержаться, – простонал я в попытке отодвинуть от себя девочку.

– И не сдерживайся, – ответила мне моя сладкая пытка, ловко расстегивая карабины на ремне. Получив свободу, паховые пластины раскрылись, за секунду выпуская мой уже полностью возбужденный орган. Маленькая ладошка несмело коснулась моей чувствительной плоти и начала осторожно ласкать, заставляя меня до крови кусать губы в попытке сдержать особо громкие стоны.

– Нет, Сандра, остановись, – едва выдохнул я, осторожно убирая ладошку-мучительницу от своего члена.

– Нет, ты не можешь со мной так поступить. Только не так, – сказала девочка, а в ее огромных серых глазах заблестели слезы обиды. Что я сделал не так? Даже желание отступило от страдания и обиды, отразившихся в этих омутах. Я обнял ее, сцеловывая слезы и утешая. Девочка хотела отстраниться и, судя по настроению, убежать, но я не собирался отпускать ее в таком состоянии.

– Сандра, маленькая, что я сделал не так? Чем тебя обидел? Прости, если напугал, но я не могу не хотеть тебя, особенно когда ты так нежно меня касаешься, – уговаривал я ее, укачивая, как ребенка, в объятиях.

– Прекрати ко мне так относиться! Я не ребенок! Почему меня все отталкивают? Неужели я страшная? Ты же говорил, что жить без меня не сможешь, а сам останавливаешь. И он так же постоянно убегал, хотя аин. Да пошло все в бездну! Раз я вам не нужна, буду искать другого, – уже в голос рыдала она.

Что мне делать? Просто так ее истерика не пройдет, а девочка еще и изрядно выпила крепкого эльфийского вина. Я впился в ее губы требовательным, жестким поцелуем, глуша крики и глупые, смешные обвинения и угрозы. Сначала малышка сопротивлялась, стукая маленькими кулачками по моей спине, а потом стала также неистово мне отвечать, царапая плечи в попытке притянуть меня ближе.

Пресветлая! Дай мне терпения. Я стал медленно опускаться с поцелуями ниже: сначала белое маленькое ушко, потом длинная шейка, тонкие ключицы. Дрожащими пальцами расстегнул мужскую рубашку, выпуская округлую девичью грудь. Пару секунд любовался совершенством ее тела, но девочка стала прикрываться руками в стеснении. Ласково отвел руки и припал губами к темно-розовым соскам, вызывая у малышки дрожь удовольствия.

– Да, не останавливайся, умоляю, – жарко шептала она.