Грани одиночества

– Ты самый странный и необычный человек, которого я знаю, но я очень рад, что император оказался идиотом, – тепло сказал Сэпий и коснулся лбом моей руки. Я немного смутилась, но подняла ладонями лицо Сэпия и, едва касаясь, поцеловала его в щеку, выражая свою привязанность.

– Вы тоже меня удивили. Я с момента получения печати от вашего императора не чувствовала себя частью семьи, а сейчас я это ощущаю, – сказала я и поспешила в ванную, чтобы не смотреть на потрясенное лицо арахнида.

Поскольку не было нужды куда-то спешить, я набрала горячую ванну, добавив в воду ароматного мыла, и с удовольствием понежилась в воде, потом надела наряд, приготовленный заботливым Диззи, и вышла к Сэпию.

– Если вам так тяжело сидеть без дела, то давайте пойдем к ним, – предложила я мающемуся от безделья арахниду.

– Нет, будем мешать. Просто трудно усидеть на месте. Очень хочется посмотреть в действии то, что ты вчера описала. Гнездо возбуждено, и я это чувствую вместе с ними, – горестно вздохнул он.

– Давайте тогда отвлечемся: поиграем в настольные игры или вы расскажете мне о своих обычаях и диковинках, – предложила я.

– А что такое настольные игры? – удивился арахнид.

Я стала рассказывать и зарисовывать правила игры в шахматы, шашки и карты.

Сэпий вышел ненадолго, но вскоре вернулся с деревянными досками и камушками, подходящими для изготовления фигур.

Через час работы сильных рук и магии мы играли в шахматы. Сэпий очень злился и нервничал, ведь я не поддавалась, и он раз за разом мне проигрывал.

Арахниды совершенно не умеют хитрить, поэтому обыграть его было просто, особенно учитывая то, что единственным моим партнером по играм был компьютер, а он не поддается и играет на уровне гроссмейстера.

– Я начинаю тебя опасаться, Алла. Ты коварная женщина и стратег, – сдался, пыхтя как самовар, Сэпий.

– Да, я грозная и ужасная, – напустила я на себя таинственности, вызывая смех арахнида.

Еще пару часов мы потратили на голубую жемчужину, подаренную мне рабочими.

Я похвасталась арахниду подарком рабочих, придумывая, куда бы ее положить, чтобы не потерять. Сэпий предложил сделать из нее украшение.

Немного подумав, мы определились, что из нее лучше всего делать кулон. Из подношений, сваленных в кучу в углу комнаты, рыться в которых у меня не было никакого интереса, мы выбрали цепочку подходящей длины и толщины и золотую подвеску, которую было решено переделать в оправу.