Соблазненная дьяволом

Ужасный жар только усиливал дьявольский блеск черных глаз Бона и озорной изгиб тонких темных бровей.

Бон был одним из тех немногих, кто может выдержать даже самый суровый взгляд Джейми. На этот счет у него был богатый опыт. Сначала они еще мальчишками вместе бегали по землям Синклера, теперь примерно полдюжины лет сражаются против Хепберна и его людей. Единственное, когда они были разлучены, так это несколько длинных унылых лет, которые Джейми провел в Сент-Эндрюсе.

Если бы Джейми не знал, что Бон сознательно дразнит его, он бы перепрыгнул через костер и дал бы ему в ухо, как делал много раз еще мальчишкой.

Чаще всего эти двое заканчивали тем, что катались в грязи, колотя друг друга кулаками, пока кто-нибудь, обычно это была мать Бона, упокой, Господи, ее страдающую душу, брала их за шиворот и растаскивала, дав обоим по звонкой оплеухе.

Эти шумные ссоры прекратились, когда Джейми исполнилось четырнадцать лет и он очень быстро превзошел Бона на восемь дюймов по росту и на два стоуна по весу. Бон был вынужден сражаться, призвав на помощь свою сообразительность вместо кулаков.

Эта сообразительность и теперь сквозила в его взгляде, когда он с невинным лицом посмотрел на Джейми.

Джейми следовало сразу возмутиться словами кузена, но он не мог отрицать, что в них кроется правда. Мало кто на этой горе станет осуждать его за невесту старого Хепберна. Если семя Синклера будет жить в утробе женщины, которую Хепберн выбрал для рождения собственного сына, то после всего, что этот негодяй сделал его семье, включая попытку стереть имя Синклера с лица земли, это будет самой подходящей местью.

Джейми ощутил неожиданный приступ желания. Впервые с тех пор как они с Боном стали вести свою игру разума и воли, Джейми первым отвел глаза.

Не обращая внимания на триумфальную ухмылку Бона, Джейми взял палку и помешал в костре. В бархатистую темноту ночного неба взметнулся сноп искр.

– Не стоит играть в эти игры. Я прекрасно понимаю, что ты не одобряешь похищение невесты Хепберна, – произнес Синклер.

– А почему я должен это одобрять, когда скорее всего все закончится для нас виселицей? После того как ты похитил англичанку, что должно остановить Хепберна, чтобы он не созвал всю британскую армию для охоты за нашими головами?

– Собственная гордость. Тебе известно, что он скорее умрет, чем попросит помощи у кого бы то ни было. Хоть у англичанина, хоть у шотландца.

– Тогда я хочу, чтобы мы поскорее встретились. Пусть он умрет и избавит нас от этой проблемы.