Книга Мерлина

Homo ferox, изощренный мучитель животных, который ценой огромных расходов растит фазанов лишь затем, чтобы их убивать; который терпеливо обучает прочих животных ремеслу убийцы; который живьем сжигает крыс – я видел это однажды в Ирландии, – дабы их визгом припугнуть иных грызунов; который вызывает у домашних гусей перерождение печени, чтобы затем повкуснее поесть; который отпиливает у скота живые рога для удобства транспортировки; который иглой ослепляет щеглов, чтобы они запели; который заживо варит в кипятке омаров и раков, хоть и слышит их пронзительные вопли; который уничтожает войнами собственный вид и каждые сто лет губит по девятнадцать миллионов его представителей; который публично казнит себе подобных, если суд признает их виновными в преступлении; который выдумал способ терзать с помощью розги своих же детенышей и который свозит их в концентрационные лагеря, именуемые школами, где те же самые муки причиняются детям специально уполномоченными субъектами… Да, ты имеешь полное право спросить, так ли уж обоснованно поименование человека словом ferox, ибо это слово в собственном его значении, относящемся до жизни вполне достойных животных на лоне дикой природы, никак невозможно приложить к такому созданию.

– О господи, – сказал Король. – Ну и подготовка же у тебя.

Но утихомирить старого волшебника было отнюдь не просто.

– Причина, по которой мы усомнились в пригодности слова ferox, – сказал он, – состояла в том, что Архимед заявил, будто stultus уместнее.

– Stultus? А мне казалось, что мы – существа разумные.

– Во время одной из жалких войн, какие велись в мои молодые годы, – с глубоким вздохом сказал волшебник, – было сочтено необходимым снабдить население Англии набором печатных карточек, предназначенных для того, чтобы обеспечить это население пищей. Прежде чем купить еду, надлежало собственноручно заполнить такую карточку. Каждый индивидуум должен был в одну часть карточки вписать номер, в другую собственное имя, а в третью – имя торговца продуктами.

Человеку оставалось либо осуществить сей интеллектуальный подвиг – вписать один номер и два имени, – либо помереть от голода. От этой операции зависела его жизнь. В итоге выяснилось, что, насколько я помню, две трети населения неспособны безошибочно произвести такую последовательность действий. И этим людям, как уверяет нас Католическая Церковь, вверены бессмертные души!

– А ты уверен в истинности приведенных фактов? – с сомнением поинтересовался барсук.