Уроки Литературы

Она просто брела к кабинету, в котором, как ей казалось, прошли лучшие моменты ее жизни, каждый из которых больше никогда не повторится.

Боль в груди расцветала все сильнее, и Рита надеялась только на то, что однажды все-таки наступит день, в который она перестанет страдать от неразделенной любви.

«Все пройдет, и это – тоже».

Глава 21

Окулова

– Все пройдет, и это – тоже.

Игорь садится рядом со мной, вытянув ноги вперед.

– Тебе не кажется, что это противоречит технике безопасности? – интересуюсь я, бросив взгляд на играющих в баскетбол одноклассников.

Северцев пожимает плечами.

– Просто у тебя такой страдальческий вид, – отвечает он. – Хотелось тебя как-то поддержать.

– Я бы посмотрела на тебя, если бы ты упал, перепрыгивая через гимнастического козла!

Игорь запрокидывает голову и разражается громким хохотом, чем тут же обращает на нас внимание всего класса.

– Северцев! – свистнув, кричит физрук. – Вернись в игру! Не то заразишься от Окуловой ее особыми отношениями с моим уроком!

Теперь смеется весь класс.

– Честное слово, Окулова, – подходит ко мне Сергей Григорьевич, – я могу и не аттестовать тебя. Ни одного норматива ты не сдала!

Не знаю, что сказать в ответ. Несчастья, преследующие меня на уроках физической культуры, никак не желали заканчиваться, а вот терпение физрука, наоборот, вот-вот обещало иссякнуть.

– Рефераты? – тихо спрашиваю я.

– Ты так всю бумагу в городе переведешь, – уже более миролюбиво отвечает Сергей Григорьевич.

– Новосибирск – большой город, думаю, с запасами бумаги тут все в порядке. – Баскетбольный мяч пролетает в опасной близости от меня, и я тут же вскакиваю со скамейки. – Маленкова! Даже я знаю, что так в баскетбол не играют!

Юля показывает мне язык и, состроив совершенно невинное выражение лица специально для Сергея Григорьевича, возвращается в игру.

– Со связями твоего отца, Окулова, давно бы раздобыла освобождение! – дает мне совершенно непедагогичный совет физрук. – И не пришлось бы мне рисовать тебе липовые «четверки».

– Вы говорите так, словно я совсем ничего не делаю! – При упоминании отца мое настроение опускается ниже плинтуса. – Сергей Григорьевич, я стараюсь изо всех сил!

Я слышу, как открывается дверь в спортзал, а затем чувствую терпкий аромат мужского одеколона.