Уроки Литературы

 – Не ожидал от тебя такого кошмарного сочинения!

Он пересаживается – теперь мы сидим не напротив друг друга, а рядом. На парте лежит тетрадь с моим сочинением, в котором красной ручкой Максим Михайлович отметил все недостатки. Я завалила работу по одной-единственной причине: в тот вечер я думала об учителе, а не о Шолохове и его героях.

Сегодняшнее занятие длится чуть больше двух часов: я успеваю переписать сочинение, а Максим Михайлович – проверить его. Все так же, как и с контрольной работой по физике – вторая попытка оборачивается успехом.

– Скоро ЕГЭ, – говорю я, бросив взгляд на календарь. – Школа вот-вот останется позади.

– Не у меня, – шутит Максим Михайлович. – С первого сентября у тебя начнется новая жизнь, а у меня, как и остальных учителей, все останется, как прежде. Те же тетради, уроки, звонки…

– Влюбленные в вас ученицы, – продолжаю я.

Максим Михайлович смотрит на меня с удивлением. Я, если честно, и сама не ожидала, что ляпну это. Эта не та тема, о которой мне хотелось бы поговорить с ним.

– Максим Михайлович, все-таки, что это за кольцо? – спрашиваю я, чтобы перевести тему и остаться. – Оно ваше?

Учитель медленно кивает. Я чувствую, будто стою на пороге какой-то необыкновенной тайны. Будто узнаю что-то такое, чего не знает никто в целом свете.

– Это мое обручальное кольцо.

Настает мой черед удивляться. Я, наверное, ожидала чего угодно, но только не этого.

– Вы были женаты? – спрашиваю я.

Максим Михайлович взъерошивает темные волосы и отвечает, как мне кажется, без особого желания:

– Я и сейчас женат.

– О, – выдыхаю я. – Почему тогда не носите кольцо?

– Я уже говорил, – отвечает учитель. – Я не чувствую его своим.

Я пытаюсь представить себе, как выглядит жена Максима Михайловича и чем она может заниматься. Он красив, и она, как я думаю – тоже. Еще она непременно умна, иначе ему бы было с ней скучно. Перед глазами у меня стоит вылизано-глянцевый образ пары, при появлении которой у всех присутствующих перехватывает дыхание.

– Кольцо помогло бы вам избавиться он назойливого внимания школьниц, – пространно произношу я, чтобы перестать думать о жене учителя. – Вы даже не представляете, какую возможность упускаете.

– Каким образом это мне поможет? – искренне не понимает Максим Михайлович.

Я встаю и по пути к учительскому столу объясняю:

– Пока вы не сказали, что женаты, я думала, что вы свободны.