Мой самый близкий враг

Подумай, это же вполне реально. Что ты, в конце концов, теряешь?

– Гордость, – буркнула я.

– Глупость, – поправила Мила. – А вот получить можешь немало. И мне заодно поможешь. Ну что… согласна?

Я посмотрела ей в глаза, где теперь отражались так нужные Милане решительность и вера, и всё-таки кивнула.

– То есть ты подтверждаешь условия сделки? – деловым тоном осведомилась она.

– Подтверждаю.

– В таком случае, – она замолчала, вывела пальцем в воздухе руну закрепления и с хитрым видом сказала слово-активатор: – Эмферс!

И лишь глядя, как вспыхивает созданный Милой символ, как вокруг нас рассыпается магия, я окончательно осознала, что совершила по-настоящему фатальную ошибку.

– Зачем магическое подтверждение?! – взвыла, схватившись за голову. – Ведь теперь ни ты, ни я не сможем нарушить условия. Ты хоть представляешь, какой будет отдача, если что-то пойдёт не так? В лучшем случае мы на неделю в лазарет загремим! Мила! А в худшем эта магия нас просто убьёт!

– Зато теперь точно сожжены все мосты, – сказала она с самодовольным видом.

 – К тому же мы не оговаривали чёткие сроки. Спешить некуда. Я торопить события не собираюсь, но первый этап уговора всё же стоит начать осуществлять как можно скорее.

Сказав это, она быстро сбежала в ванную. А я упала на кровать и закрыла ладонями лицо.

Всевидящий, вот это меня занесло! Так вляпаться в неприятности на пустом месте далеко не каждый сможет. И что теперь делать?

А ответ предельно прост – выполнять условия договора.

Потому что в противном случае всё закончится очень печально.

Глава 4. Собрание старост

На следующий день, направляясь на собрание старост курса, я размышляла о нашем с Милой странном соглашении. И, как ни странно, чем больше обо всём этом думала, тем сильнее уверялась, что мы поступили верно. В конце концов, Милане будет полезно самой попытаться закрутить отношения с понравившимся парнем.

Нет, в целом я не одобряла того, чтобы девушка делала первый шаг, но Мила в плане общения с противоположным полом всегда тушевалась и стеснялась.

Это притом, что во всём имеющем отношение к учёбе была решительной и пробивной.

Что же касается меня… мне на самом деле было плохо без моего дара. Раньше, до первой встречи с Лирденом, я жила творчеством. Оттащить меня от мольберта могла только мама, да и то ненадолго. Мне были неинтересны сверстники, подростковые развлечения, я выходила из дома только в школу или чтобы нарисовать что-то новое.