Мой самый близкий враг

А я всегда говорила, что у тебя настоящий талант. Парень же как живой получился.

– Не получился, – проговорила, убрав альбом за спину. – Это всё каракули. Глупости.

– Не прибедняйся. Он там как собственное карандашное отражение.

– Нет. – Я посмотрела ей в глаза, обречённо вздохнула и всё-таки протянула свои каракули. – Смотри.

Мила вцепилась в мои работы, как в величайшее сокровище. Медленно перелистывала страницы, рассматривала каждый неудачный портрет Лирдена, и её глаза становились всё больше и всё удивлённее.

А остановившись на сегодняшнем незаконченном рисунке, она подняла на меня взгляд и сочувственно покачала головой.

– Ты влюбилась?

– В него?! – воскликнула я, искренне возмутившись. – Да ни за какие богатства! Я с этим козлом вообще ничего общего иметь не желаю. Тут другое. Мил…

Ну вот и что теперь говорить? Правду? А если она звучит как диагноз психиатра?

И всё же решила попытаться объяснить. Пусть лучше считает меня сумасшедшей, чем влюблённой в Лирдена Ремерди!

– Я его как первый раз увидела, так меня скрутило желанием передать его суть на холсте, – озвучила я своё признание.

 – Поймать его душу и отразить в портрете. И до той встречи это никогда не было для меня проблемой. Я рисовала – как дышала. А знакомство с этим парнем стало началом конца.

Да, другому человеку сложно понять всю сложность моего странного мышления, но Мила старалась. Она единственная знала, что я хорошо рисую. И всегда недоумевала, почему не даю раскрыться таланту.

И вот сейчас ответ лежал в её руках, пусть и звучал очень странно.

– Понимаешь, это как рыть яму и на половине пути наткнуться на огромную каменную плиту, – пыталась найти я достойную аналогию. – Вот Лирден – моя плита. Преграда, закрывшая дальнейший путь. Это словно помешательство. Мой дар пропал. Я всё ещё могу рисовать, но мои картины выходят неправильными, пустыми. Лишёнными души. Теперь лучше всего у меня получаются портреты Лирдена. Но даже они – все фальшивые.

Схватила альбом, открыла первый попавшийся лист – там Лир сидел на подоконнике и с мечтательным видом смотрел на проплывающие по небу облака.

– Красиво, – оценила Милена.

– Фальшиво, – заявила я. – Это – не Лирден. Это какой-то незнакомый человек с его лицом. Они все – не он.

Листая рисунок за рисунком, я всё больше разочаровывалась в самой себе. Глупая, зачем снова взялась за эту гиблую затею, ведь давно поняла, что ничего не выйдет.