Брак по приказу

Одно время о нём постоянно выходили разгромные статьи в газетах, но потом про него как-то резко перестали писать. Наверняка вмешался его величество.

Так и не сказав ни слова в тишине, повисшей в зале, он прошёл к граммофону, опустил на него пластинку и сам установил иглу на начало. Тут же послышалась ритмичная громкая музыка, поверх которой зазвучал грубый скрипучий голос исполнителя.

– Вот это я понимаю! Настоящий джаз, – пританцовывая, выдал рыжий.

Арман Граниди глянул на него с усмешкой и расслаблено присел на край сцены.

– Танцуйте, – приказал он, обратив свой царственный взор на застывших неподалёку парня и девушку.

Те стояли, растерянно глядя то на него, то на оркестр. А во мне всё сильнее нарастало бешенство. И может, я бы сдержалась, если бы в этот момент к Граниди не подошёл ещё один парень из его компании с целым ящиком вина. Арман достал одну бутылку, откупорил пробку магией и сделал несколько глотков.

– Угощайтесь все, – сказал снисходительным тоном. – Веселиться, так на полную.

Вот этого я выдержать уже не смогла. Ринулась к граммофону, остановила ужасную орущую музыку и, выпрямившись, потребовала:

– Немедленно унесите алкоголь! Распитие спиртных напитков запрещено в стенах университета!

– Да хватит тебе, зануда! – возмутился рыжий. – Перестань уже портить всем праздник!

– Это вы! Вы испортили наш праздник! – выпалила, указав на него пальцем. – Явились сюда, как к себе домой. Притащили дешёвую выпивку и свои глупые песенки. А ведь вы даже не студенты, я ни разу вас тут не видела.

Но ответил мне блондин:

– А ты, Эйриния Монвир, на таких, как мы, и не смотришь, – в его голосе звучал упрёк. И вдруг он изобразил поклон и представился: – Вилмор Лиос, третий курс, следственный факультет. А это, – указал на рыжего, – Честер Анвайт, тоже будущий страж порядка, пятый курс.

Он перевёл взгляд на наблюдающего за ним Граниди и широко улыбнулся.

– Ну, а Князя ты точно знаешь. Так ведь, детка?

Я невольно посмотрела на Армана, он тоже повернулся ко мне.

В мрачной зелени его глаз стоял лютый холод, от которого меня передёрнуло. Заметив столь странную реакцию, он скривился и отвернулся к другу, а я зачем-то продолжала пятиться на его чёткий ровный профиль. На смуглых щеках проступила щетина, короткие тёмно-каштановые волосы лежали в беспорядке, но лорда Граниди это явно не волновало. Он вообще казался абсолютно равнодушным.