Академия нежити. Кафедра неприятных последствий

 – Я одернула себя, пока не забрела в дебри лекций о внутреннем магическом источнике, которые и так известны любому первокурснику. – А преподаватели у вас как?

– Да так себе. Сама понимаешь, кто сюда пойдет? – Я попыталась язвительно возразить, на что Антон фыркнул. – Да всем известно, что АНиПС –  дыра. Ты сама на нас смотришь как на… –  он добавил крепкое словечко. – До тех пор, пока у нежити не появятся равные права с людьми, обитать нам на задворках страны как каким-то прокаженным.

В его голосе мелькнула стальная нотка, от которой мне стало не по себе. Да уж, если задуманное Игнатом – или кто там над ним? – исполнится, всему магическому миру придет хана.

– Нам налево. Ага, ну вот и женская половина общежития. До встречи!

Антон помахал мне, будто бы добрый знакомой, и уже собрался уходить, когда я спросила:

– Этот неприятный парень, он у вас главный? У вас – в смысле, у всего вашего безумия?

– Игнат? Не суди его по первому впечатлению, он отличный друг и прекрасный товарищ.

Ага. Я потерла шею. Знаем мы таких прекрасных товарищей, которые прокрадываются к спящим девицам и выкрадывают их в ночи. Тьфу, блин. Надо бы повесить на дверь амбарный замок, потому что заклинаниям я отныне не доверю свою сохранность.

Антон ещё немного помолчал, ожидая моей реакции, и, не получив желаемого, ретировался.

Потоптавшись у двери, я вошла в комнату, чтобы столкнуться на пороге с охваченной страхом Ритой. Та, всклоченная, в одной футболке, нервно трясла ногой, копаясь в моем смартфоне.

– Где ты была?! Где?! – взревела подруга. – Я проснулась, а тебя нигде нет! Звоню, а телефон здесь валяется. Я решила, что тебя эта ненормальная, – она мотнула головой в сторону комнаты Юноны, – угробила. Её тоже у себя нет. Думаю, всё, кранты, Нику закапывают в лесу.

– Ничего особенного, – ухмыльнулась я, ставя на дверь тройное защитное заклинание. – В этой академии что ни ученик, так либо жаждет меня убить, либо заставить работать на благо революции.

За окнами томился рассвет. Небо, залитое рыжей краской, светлело, и где-то вдалеке ворчали ветра.