Ты моя! И это не обсуждается. Часть 1

 – Браться за такую студентку, как ты?

Я продолжала смотреть тому в глаза, не боясь их отводить.

– Разве не было опасно МНЕ возиться со студенткой, не умеющей себя контролировать, и каждое волнение и слезы которой приносят беды.

– Это не одно и то же.

На скулах мужчины заходили желваки. Он шумно вдохнул.

– О, поверь, обучать тебя было гораздо хуже того, о чём я хочу тебя попросить.

Профессор вдруг закрыл глаза и когда открыл, то в них больше не было злости. Он улыбнулся и положил руку мне на плечо.

– Где твоя благодарность, Амелия? – ласково сказал он.

Я выдохнула и посмотрела на кольцо. Давным-давно профессор подарил его в качестве талисмана, который должен оберегать меня от самой себя.

Слова Гройта заставили снова почувствовать, будто я опасный зверь, изо рта которого капает ядовитая слюна. Вернулось ощущение страха перед тем, что я так тщательно скрывала.

Профессор добился своего и меня начала грызть совесть.

– И что мне нужно сделать?

Лицо мужчины заметно оживилось. Пусть я не дала согласия, но он понял, что почти у цели.

– Ничего плохого, Амелия, – профессор потрепал меня за плечо. – Ты ищешь подвох там, где его нет.

– И все же, – настаивала я на прямом ответе.

Если мне и придется применять магию, то хотелось бы знать для чего.

Профессор ответил не сразу. Он некоторое время смотрел в окно, будто собирался с мыслями.

– Я хотел попробовать научить тебя думать целенаправленно, – наконец сказал он.

Я вопросительно приподняла брови.

– Все просто, Амелия. Мы с тобой садимся в удобные кресла. – Профессор мягким жестом указал на мебель в конце кабинета. – А потом ты должна будешь расслабиться и заглянуть в себя.

Он замолчал и вопросительно уставился на меня.

– И все? – с сомнением спросила я.

– Да, – кивнул он. – Всего лишь расслабиться и подумать о чем-то.

Мужчина сделал неопределенный жест кистью. Глаза были уставлены в потолок, но я все равно заметила предвкушение.

Профессор вдруг вздрогнул всем телом и выставил перед собой руки.

– Или вот сама представь, – воодушевленно начал он. – Ты думаешь о каком-то конкретном месте и представляешь, что будет, если твоя сила выйдет на свободу.

Я скривилась.