В стране слепых я самый зрячий, или Королевство кривых. Книга 2. Том 3. Накал

– С тех пор ещё кое-что произошло, только благодаря мне он вообще сам не сел и даже в Москве оказался, так что нет, он мне скорее обязан теперь, всей своей карьерой, а может, и жизнью.

– И ты веришь в человеческую благодарность? – покачал головой Марк.

– Почему бы и нет? – проговорил я, вообще-то я просто не задумывался над этим ни разу.

– На благодарность способны чистые сердцами люди, способные душами осветить путь во вселенной. Слово-то какое «благо-дарность», способность дарить благо. Ты считаешь, твой Никитский такой человек?

– «Мой» Никитский, – усмехнулся я.

Марк лишь пожал плечами, предоставляя мне самому разбираться, мой Никитский или чей он.

В это время открылась дверь, и вошла Таня в мягком трикотажном костюме и смешных чунях на ногах, волосы убраны в косу, впрочем, растрепавшуюся как обычно.

– О… привет, Платоша – Таня подошла к нам, легонько поцеловала меня в висок. – Что это вы заперлись, парнищи?

И переместилась к Марку, положив руку ему на плечо.

Он сразу преобразился, вся острота и строгость исчезла из его лица, оно стало мягким, светлым, совсем молодым, глаза посветлели и заискрились. Он обнял Таню, ласково притянув к себе за талию, и прижался головой.

– Поспала?

– Да только и сплю, как бабка. Пора погулять выйти. Вот Платон, живу в таком месте чудесном, и не прогуливаюсь уже… сколько, Марик?

– Будто ты до этого гуляла, – усмехнулся Марк, покачав Таню немного своей рукой. – Носилась как ненормальная из конца в конец по Москве.

Таня улыбаясь, притулилась к голове Марка и поцеловала его в волосы, вначале ласково подышав на них.

– Как у тебя дела, Платоша? Ты просто так приехал, проведать, или что-то случилось? – Таня отошла к чайнику.

Я посмотрел на Марка и сказал:

– Проведать, как чувствуешь?

– Да уже отлично, Марк самый лучший лекарь, – Таня улыбнулась через плечо. – Как Ванюшка?

– Кажется, неплохо, отличник, – сказал я.

– А настроение?

– Да какое настроение, когда он занят день и ночь. Английский, каратэ, музыка…

– В художественную школу отдай, на черта ему каратэ твоё? – проговорил Марк и допил коньяк. – А английский выучит в два счёта, если понадобится, а так – толку никакого, перевод денег и времени. Поверь, я с детства английский, французский и итальянский учил. Щас не помню ни черта.

– И что, жалеешь, что учил? – усмехнулся я.