В стране слепых я самый зрячий, или Королевство кривых. Книга 2. Том 3. Накал

Стало уже совсем светло, и я задвинула портьеры, чтобы свет не беспокоил спящего Марка.

– Ничего не скажете? – спросила я Вальдауфа, обернувшись.

– Назови меня на «ты»? – сказал он, глядя так, что я поёжилась. И какого лешего, Валерий Карлыч, вы так влюбились в меня? Неужели я виновата ещё и в этом?

Мы спустились в сад, и пошли по идеальным дорожкам вдоль деревьев, потом показались фонтаны, они уже работали, тихонечко шурша тонкими струями.

– Тебя тут снимали в образе Симонетты Веспуччи, – сказал он.

– Я не так прекрасна.

– Ты прекраснее.

– Не-хет… – засмеялась я.

– Мне виднее. Я – художник, – сказал Вальдауф, блаженно улыбаясь.

– Вы – мой любовник, – сказала я, качая головой, имея в виду, что он смотрит на меня влюблёнными глазами.

Вальдауф остановился, обернувшись на меня.

– Ты ещё так считаешь?

– Войдя в реку, мы намокаем, – сказала я, тоже остановившись. – И вода остаётся с нами, даже высыхая.

Вальдауф протянул руку к моему лицу, погладил по волосам, забираясь пальцами в спутанные пряди, я не постаралась причесаться, встав с постели.

– Я люблю тебя.

Я улыбнулась, я это знала, и я знала, что это чувство, к счастью, радость для него. Он не страдал и не мучился из-за меня, по крайней мере, с тех пор, как оставил безумную идею жениться на мне. Для этого человека я источник радости и вдохновения, за это я любила его самого, приятно дарить, всегда намного приятнее давать, чем брать…

Но Вальдауф будто прочёл мою мысль и понял её буквально, притягивая меня к себе…

– Ва- алери… – я не успела договорить.

Ну что… сама виновата, сказала же, что он мой любовник, вот он и вступил в права… к порядочной девушке он и не подступил бы когда-то, что теперь ломаться? Под видом чего? Если я не смогла прекратить нашу связь, когда вышла за Марка, если я сама настолько низко пала в своём существовании, когда вообще позволила себе сделаться любовницей профессора, то, что теперь трепыхаться? Лежи теперь в своей тёплой грязи и похрюкивай…

Ну а почему нет? Да, хорошо, хорошо перестать мучительно думать о прошлом, всё время спрашивать себя, как я могу делать то, что делаю, и как вернуть прошлое и как не дать ему вернуться, потому что той девушки, чистой и невинной уже нет.