Вуду по-берендейски

А теперь зови отца – пусть принимает нашу работу.

На радостях Ориана так расстаралась, что звон колокольчика больше походил на тревожный набат – немудрено, что на шум поспешили не только Правитель, стража, прислуга, Иван, Рослав, наши мохнатые друзья, но и пожарные.

Вопреки моим ожиданиям Октавиандр на радостях не заключил дочь в объятия, а и впрямь едва не потерял сознание: покачнулся, побледнел и прислонился к стене. Перепуганные слуги подхватили своего Правителя под руки, усадили в кресло и поднесли воды.

– Мне на мгновение почудилось, будто воскресла моя жена, – прошептал он, но быстро взял себя в руки и улыбнулся дочери. – Завтра день твоего совершеннолетия, тебе исполнится шестнадцать лет, дочка. На днях мы обязательно устроим праздник и позовем гостей – пора мне представить миру свою наследницу. – Он встал и порывисто обнял юную красавицу.

Направляясь к выходу, Октавиандр обернулся ко мне:

– Ты хотела о чем-то поговорить…

Разве могла я не воспользоваться таким удобным случаем – надо же кому-то решать наши семейные проблемы.

Октавиандр устроился за большим столом в своем рабочем кабинете, предложив мне занять кресло напротив.

– Какую услугу ты хотела бы получить от меня взамен, княжна? – прямо спросил он.

Я вздрогнула, но взгляда не отвела. Какой смысл ломать голову над тем, откуда ему известно, кто я такая! Октавиандр не глуп, недаром же много лет успешно управляет богоподобным народом.

– С моими родителями случилась беда, и вернуть их к жизни может только противоядие, в состав которого входит слюна дракона.

Правитель ответил уклончиво:

– И да, и нет. Не считай меня неблагодарным, девочка. Ты сотворила чудо, вернув мою дочь к жизни в невероятно короткий срок, но все, что я могу сделать для тебя – поделиться полезной информацией.

– Приказав высунувшемуся разочарованию убраться подальше, я приготовилась слушать.

– Драконы давно исчезли из нашего мира. – Я не смогла сдержать вздох разочарования, поскольку очень надеялась отыскать здесь хотя бы одного, пусть даже самого худосочного, крылатого ящера. – Мы действительно считали их своими друзьями и всеми возможными способами пытались помешать варварскому истреблению. Когда с лица земли исчезла последняя самка равнинного дракона, это стало для нас по-настоящему горькой утратой.