Вуду по-берендейски

Бабушки почему-то решили, что животное привез с собой незнакомый молодой человек, и предположили, что кот наверняка кастрированный, потому и крупный такой. – По изменившейся интонации я поняла, что meine liebe mutti немного успокоилась. – Дочка оставила записку, что отправилась в деревню к Йогине – решила, мол, навестить тетю. – Я с обидой отметила: никогда раньше мама не называла меня Лелей, а Агату – Йогиней. И ведь ни полсловом за столько-то лет не обмолвилась о том, что у меня есть родная сестра, а мой отец жив-здоров и даже занимает в своем государстве самый высокий пост.

 – Вот только ума не приложу, как Баюшка в город попал, разве что твоя сестра его послала? – продолжала мама.

Действительно, странное явление – кот, гуляющий сам по себе и при этом попадающийся людям на глаза именно тогда, когда это нужно ему! Но каким образом баюн умудрился побывать в моем доме никем не замеченный, а потом оказался в Кукареках раньше нас? Задумавшись над загадочными перемещениями Соломона, я едва не пропустила продолжение.

– Спустя полторы недели я забеспокоилась: уж не настолько сильно Лелечка любит деревню, чтобы задержаться там больше, чем на пару дней! – Так с момента моей отлучки из дому миновала всего неделя с небольшим? А мне показалось, что путешествие по Нави заняло не меньше месяца! – К тому же примерно в это самое время она собиралась то ли в поход, то ли на туристический слет, – продолжала мама. – Я бросилась в Кукареки, а там – ни Агаты, ни Ивана, ни Лели, ни Бая… Что я должна была подумать? – В ее голосе зазвучали слезы.

– Ты прости меня, Вероника, – дрожащим (неслыханное дело!) голосом тихо произнес Василь. И столько в нем было щемящей душу нежности, а тон был таким просительным, что я даже засомневалась: точно ли это наш блюститель княжеской чести Великий князь Берендей, сурово отчитывавший меня в первую встречу за неподобающий внешний вид, или все-таки кто-то другой? – Мы с Ладой прилипли к двери, боясь пропустить хоть слово.

 – Столько лет прошло, что я не чаял свидеться с тобой и Лелюшкой. Все спрашивал Йогиню, нет ли от вас вестей, но она молчала – ты же помнишь, моя сестра всегда принимала твою сторону! Сказала только: «Если любишь, верни их сам».

– И ты прости меня, милый, я должна была быть терпимее.

Мы с удовлетворением отметили, что в отношениях родителей наметился прогресс, улыбнулись друг другу и приготовились слушать дальше.