Страницы любви Мани Поливановой

 – То опоздает, то рукопись не сдаст, а у нас план! То вдруг в Израиль его понесет, ему, видите ли, для работы нужно! Какая там у него работа, сиди себе выдумывай и выдавай на-гора! А бабка ему все прощала, привечала, в кабинете чаем отпаивала, если вдруг с бодуна приедет, – как же! Гений! А какой он, на фиг, гений! В Интернете каждый второй такой гений!

– Ну, Горина печатают и читают. Покупают за деньги, обсуждают, по телевизору показывают, – осторожно заметил Алекс.

Разговор становился все интереснее.

– Ну, читают! Ну и что?! Раскрутка хорошая, вот и читают! Да я сам его раскручивал, боже мой! Я про это столько могу вам порассказать! Или вот Покровская! Тоже ведь покупают и читают!

При этом имени Алекс насторожился.

Правнучка авиаконструктора Поливанова – писательница Марина Покровская – не выходила у него из головы.

– Вы ее видели? Ну, вам же надо с авторами работать, вас должны были представлять! Или бабка и это упустила?!

– Я Покровскую видел.

– А читали?

– Нет.

Веселовский захохотал.

– И не читайте! От скуки подохнете, клянусь мамой! А туда же – детективный автор! В Интернете таких авторов…

– Каждый второй? – перебил Алекс, но Веселовский его не слушал.

– А самомнение какое! Ей бы вагоны разгружать, а она в литературу лезет и в телевизор, где ее спрашивают и где не спрашивают! То про гаишников рассуждает, то про любовь, то про политику! А кто ее на телевидение за руку привел?

– Кто?

– Да я же и привел! Она сидеть не умела прямо, в камеру не смотрела, краснела, кашляла, двух слов не могла связать! Я тогда всех редакторов упрашивал – только возьмите, только возьмите! А ее не хотел никто! А потом – конечно! Когда в нее такие миллионы вбухивают, как не раскрутиться! Вы с ней поосторожней, кстати, – вдруг предупредил Веселовский доверительно.

– Другие менеджеры – это Стрешнев и Митрофанова?

– И они тоже, – согласился Веселовский с некоторой, кажется, заминкой. – И, главное, знаете, Маня все святую из себя корчит! Приезжает, подарки привозит, за всеми ухаживает, со всеми дружит, а все это вранье. Сожрет и не подавится. Никто и ничего ей не нужно, кроме ее вселенской славы!

– Мне так не показалось.