Подруга особого назначения

Нам есть что-нибудь?

– Вам тоже договоры, – ответил курьер весело, – письма кому? Генеральному?

Варвара кивнула.

– Хорошо. Слушай, Варь, а правду говорят, что у вас вчера какого-то чувака застрелили?

Варвара оглянулась по сторонам, словно ожидала, что сейчас из-за колонны выскочит шеф и уличит ее в том, что она обсуждает «это» с сотрудниками. Впрочем, курьер был чужой сотрудник.

Интересно, а с чужими «это» можно обсуждать?

– Он сам помер, – проинформировала его Варвара и придвинулась поближе, – в кабинете у шефа.

– Сам застрелился? – поразился курьер.

– Да не стрелялся он, Толик! Он умер. Врачи со «Скорой» сказали, что у него что-то там с мозгом. С сосудами, что ли…

– Сосу-уды?! – обиженно протянул курьер Толик. – А мы решили, что…

– Нет, Толик, неправильно вы решили.

– А у нас только и говорят, что теперь Альберта посадят за убийство. Ну, потому, что это он того… укокошил.

– Толик, это чушь! – внушительно сказала Варвара и поправила под мышкой у курьера свою папку.

– Лучше бы Альберт, – вдруг на ухо ей быстро сказал курьер, и она хихикнула. Приятно было, что шеф никому не нравится, не только ей одной. – Покуришь со мной, Варвара?

– Не могу, он почту ждет, злой как собака. Пока, Толь. Я в ваше управление делами позвоню, если завтра будут бумаги.

Курьер сунул ей под нос ведомость, где следовало расписаться.

– Варь, поставь время на полчаса попозже, а? Я уже в трех местах был, мне бы домой заскочить минут на двадцать, учебники забрать. Сессия скоро…

– Сессия летом, – сказала Варвара, – а зимняя прошла давно, чтоб ты знал.

Она посмотрела на часы и поставила время 11.10, хотя было только половина.

– Спасибо, Варь, – поблагодарил ее Толик, – всегда выручишь.

Он натянул кепку на залихватские студенческие вихры, изобразил воздушный поцелуй и ушел за стеклянные двери, в утренний московский уличный шум.

Хорошо быть курьером! Ездишь себе в разные места, книжицу почитываешь по дороге, посвистываешь, мечтаешь, ни за что не отвечаешь, не думаешь ни о чем, не страшишься никаких взбучек, не отлавливаешь на лице у шефа признака недовольства или раздражения – твое дело маленькое, ты бумаги привез, закорючку получил и дальше поехал.

Надо бежать.