Одна тень на двоих

Что-то он слышал о том, что беременным женщинам нельзя волноваться.

– Я думаю, что речь идет о смерти моей жены, – сказал он и посмотрел на снег за окнами.

Машину теперь придется откапывать лопатой. На Кутузовском проспекте, где жили его родители, у дворника была шикарная алюминиевая лопата. Дворник стерег ее, как будто она бриллиантовая. Когда Данилов был маленький, он мечтал, что станет дворником. Ему казалось, что нет на свете ничего лучше, чем целыми днями грести на улице снег алюминиевой лопатой.

И не сидеть за роялем по шесть часов.

– При чем здесь твоя жена? – тихо спросила Марта. – Или имеется в виду, что убийца – это ты?

Данилов ничего не ответил. Он также был специалистом экстра-класса в умении не отвечать на вопросы.

– Андрей, прошло пять лет. – Марта никогда не называла Данилова Андреем. – Даже тогда всем было ясно, что ты ее не убивал. Неужели ты думаешь, что записка как-то связана с твоей женой?

– Марта, совершенно очевидно, что записка как-то связана с моей женой.

 – Данилов ополоснул ее кружку и налил кофе. – Прости, что я тебя расстроил.

– Пошел к черту, – пробормотала Марта. – Там написано «пощады не будет». Это означает, что тебе «пощады не будет»?

– Я не знаю.

– Но это… угроза?

– Я не знаю, – повторил Данилов с досадой, – и обсуждать это бессмысленно. Я только хотел узнать, как эта записка попала к тебе.

– Так и попала. С почтой.

– Я уже понял, спасибо, – вежливо ответил Данилов. – Если у тебя нет никаких планов, может, поедем кататься?

– Так снег валит, Данилов, – развеселившись, сказала Марта.

– У меня шипованные колеса. Никаких проблем.

У них было такое почти семейное развлечение. Время от времени они ездили кататься. Просто так, куда глаза глядят, по любому шоссе. Чем дальше, тем лучше. Однажды таким образом они приехали в Ярославль. Ехали-ехали и приехали. Им было очень весело, пока не выяснилось, что до Москвы двести с чем-то километров и нужно или где-то ночевать, или возвращаться.

Волга была под боком, широкая, неторопливая, пахнущая свежей водой. От ухоженной набережной поднимались подстриженные газоны, в саду играл духовой оркестр – ухали сверкавшие на солнце трубы. Город был просторный и чистый, на площади перед театром туристы кормили толстых голубей, и Марта с Даниловым решили остаться.

Зря они тогда решили остаться, но вспоминать об этом нельзя.

– А куда мы поедем, ты уже придумал?

– Я хочу показать тебе дом.