Песчаный рай

– Жалко, конечно, такой шевелюры лишиться… – пробормотала Дина. – Но ты не переживай, волосы не зубы – отрастут еще. И вообще, мужчинам даже идет, когда совсем без волос…

Дина прекрасно понимала, что Раевский находится сейчас в коме, но она все равно с ним говорила. «Но он же жив еще… Возможно, он меня все-таки слышит!»

* * *

Никита открыл глаза. Солнце… Много солнца!

– Леха, ты как? – щурясь от яркого света, подал он голос.

– Хреново, – отозвался Леха. – «Ласточка» наша всмятку.

Между собой штурман и пилот называли свой джип «Ласточкой».

Никита повернул голову, протянул штурману руку – тот буквально выдернул его из покореженной машины.

От машины осталась только куча металлолома. Насвистывая, штурман принялся бродить вокруг нее, пиная ногой камень. «Переживает из-за «Ласточки», злится…» – догадался Раевский.

Никита задрал голову, посмотрел на обрыв, с которого они слетели. Высоковато…

– А где все наши?

– Без понятия… – пожал плечами Леха.

– Тоже мне, штурман! – подначил его Никита. – Тут же вроде город какой-то рядом был, совсем близко?

Они огляделись.

– Кажется, в той стороне дома видел, когда ехали! – вспомнил Никита. – Пошли!

– Ножками, что ли? – фыркнул Леха. – А если нас искать будут?

– Да мы быстрее до города дойдем, чем нас найдут!

– Ладно, пошли, – подумав, согласился напарник.

– Тогда вперед. Не то мы тут, как сливочное масло на сковородке, растаем… – Никита вдруг вспомнил из истории гонок – в 1982 году сын Маргарет Тэтчер, премьер-министра Великобритании, Марк Тэтчер тоже попал в переделку. В Алжире, что ли? Шесть дней его искали на вертолете… Нашли. Но то сын премьера был… Станут ли их, простых российских гонщиков, искать столь же активно? Нет, уж лучше только на себя надеяться!

Некоторое время они шли молча.

Перед ними, в голубовато-сером прозрачном небе, висел неестественно-белый диск солнца.

Песок струйками стекал из-под ног, и это живое, плавное, скользящее движение напоминало о воде. Но какая в пустыне вода! За одним барханом вырастал другой, затем третий… Изредка попадались высохшие на солнце кустарники.

Во рту Никиты пересохло, глаза застилал пот.

– Леха, как ты думаешь, тот человек, что под колеса чуть не попал, – жив?

– Думаю, да.