Я отведу тебя в место силы…

 – Тьфу на тебя!

И возмущенно пошагала вперед, обогнав обоих парней.

Чи Мин только улыбнулся и покачал головой, а Аржан махнул рукой:

– Не обращай внимания!

Молодые люди вернулись домой, пообедали, и младший предложил подняться на одну из вершин горного хребта, раскинувшегося позади долины. И добавил, что оттуда открывается великолепный вид на село.

Чи Мин согласился, и друзья отправились к горам. Эркелей в этот раз с ними не пошла, потому что мать попросила ее помочь по хозяйству.

Парни не спеша шли по невысокой траве по направлению к горному хребту и, наконец, приблизились к подножию одной из гор.

Многочисленные каменные складки создавали причудливый, сказочный пейзаж, кругом был только дикий камень, и Чи Мин выразил сомнение, смогут ли они подняться по этому склону.

Но Аржан заверил друга, что там есть тропа, по которой он поднимался бесчисленное множество раз с мальчишками, и решительно повел его по камням, все выше и выше.

Вскоре Чи Мин уже был взмокшим и тяжело дышащим, струйки пота стекали по его вискам, а волосы прилипли к мокрому от пота лбу.

Но он упрямо шагал за приятелем, решив не сдаваться и преодолеть этот подъем.

Так они поднимались достаточно долго, пока в какой-то момент молодой алтаец не остановился и не выдохнул довольно:

– Уф! Пришли! Вот она, вершина. Смотри, Чим, какая красота! – и протянул руку по направлению к долине.

Музыкант осторожно развернулся и не сдержал восторженного восклицания:

– Вау!

Село, да и вся долина, были как на ладони. Длинные улицы бежали дружной гурьбой, речки, текущие через село, сверкали на солнце, словно рыбки – серебристой чешуей, яркие крыши домов веселыми пятнами выделялись среди зелени травы.

Серая лента асфальтовой дороги убегала куда-то вдаль, теряясь за линией горизонта.

Парни некоторое время полюбовались видом Кырлыка, а потом Аржан присел на разогретые камни и позвал приятеля:

– Давай посидим, отдохнем немного.

Чи Мин пристроился рядом, вытянул длинные ноги, немного гудевшие после долгого подъема, и глубоко вдохнул чистый прозрачный воздух.

Разогретый солнечными лучами, он виделся слегка дрожащим маревом, немного искажая перспективу.

Чи Мин вдруг вспомнил:

– Слушай… Когда мы были у ваших деда с бабушкой, ты упомянул какое-то имя…

– Айсулу? – переспросил Аржан и, дождавшись кивка мужчины, пояснил. – Это наша старшая сестра. Я тебе говорил ней. Айсулу – самая старшая. Ей двадцать четыре. И она тоже музыкант. Работает в республиканской филармонии.