Притяжение. Магнит для моей души

Пока ехали, не переставая целовались, парень успел потрогать и погладить почти все нежное тело – и грудь, явно не стесненную бюстгальтером, и округлые бедра, и гибкую спинку…

В отеле девушка стояла в стороне, пока он оплачивал номер, потом получил ключ и, взяв ее за руку и переплетя пальцы, повел к лифту. Пока ехали до нужного этажа, Кён Мин опять взахлеб целовал эту девушку, имени которой он даже не знал. Она оказалась такой отзывчивой, такой податливой, что у парня крышу срывало. Он уже и не помнил, когда в последний раз испытывал настолько сильные ощущения.

Поэтому едва они оказались за закрытой дверью номера, он одним быстрым движением снял с нее платье и застонал – девчонка осталась в крошечных кружевных трусиках и чулках с широкой ажурной резинкой. Мужчина подхватил ее на руки и, подойдя к огромной кровати, опустил рыжулю на нее, не сводя глаз с ее груди.

Девушка опять усмехнулась своим невероятным ртом, всю помаду с которого он давно уже сцеловал, и протянула к нему руки.

Кён Мин с нетерпеливым рычанием освободился от своей одежды и прыгнул в ее объятия.

Он был порывист и нетерпелив, однако же, довел девушку до разрядки и через пару мгновений последовал за ней.

Оргазм был настолько ярким и мощным, что мужчине показалось, будто он рассыпается на тысячи мельчайших кусочков и тонет в ослепительной вспышке.

Потом они лежали, тяжело дыша, не произнося ни слова.

Наконец Кён Мин снова шевельнулся, зарываясь носом в ее шею и выцеловывая каждый миллиметр нежной кожи, гладя горячей ладонью плечи, грудь, бедра незнакомки.

Вскоре парень готов был ко второму раунду. На сей раз все происходило медленно и вдумчиво, но настолько томительно, и приносило такое острое наслаждение, что после они оба оказались совсем без сил.

Кён Мин нашел в себе силы только прошептать: «Спи, солнышко!» и почувствовал, как сам мягко проваливается в пелену сна.

Когда он открыл глаза, в окно уже вовсю светило солнце, а постель была пуста. Вчерашняя незнакомка исчезла, оставив после себя лишь легкий запах летнего полдня.

Да на соседней подушке – крошечную прозрачно-коричневую полусферу – контактную линзу.

«Вот черт! – пробормотал он, подхватывая двумя пальцами линзу. – Удрала, значит!..