Знаки

Он надеялся, что она спустится к нему до прихода Демида, и у него будет время побыть с ней только вдвоём, но, видимо, Алекс настойчиво не желала оставаться с ним тет-а-тет.

Дёма повернул голову, проследив за его взглядом и, заметив Алекс, вскочил с места, бросившись ей на встречу.

– О, мне так жаль, так жаль, я не думал, что это настолько ценное приобретение, – вновь запричитал он, – что оно грозит вашей с Робом безопасности. Александра, как ужасно…

Девушка мягко улыбнулась и махнула рукой, отметая его извинения, как излишние.

– Никто не мог знать… и забудем про это. У нас есть дела поважнее. А со мной, – она впервые с тех пор, как вошла в комнату, посмотрела на Роберта, но тут же отвела взгляд, – с нами всё в порядке.

Роберт отодвинул для неё стул и она, поблагодарив кивком, села за общий стол, где уже лежал пергамент.

– Перед тем как ты пришла, Дёма рассказывал, каким образом страница оказалась у него.

Акимов кивнул на документ. Роб стоял, упираясь обеими руками в спинку соседнего стула, и Алекс стало немного не по себе, бывший словно бы нависал над ней.

– Можно меня кратко ввести в курс дела?

– Ничего необычного, – развёл руками гость. – Я приобрёл его на аукционе.

– На закрытом аукционе, – с нажимом уточнил Роб.

Алекс прекрасно знала, что такое закрытые аукционы. Любители древностей и коллекционеры собирались не совсем законно, скорее даже подпольно в заранее оговоренных местах, загородных домах или на съёмных малоприметных квартирах.

Порой лоты, выставленные на розыгрыш, могли являться давно утерянными подлинниками уникальных, не имеющих аналогов или дубликатов произведений.

О количестве знаков в сумме стартовой цены она просто боялась задумываться. Да и на подобное сборище было не так уж просто попасть. Как правило, требовалось личное, специальное приглашение. Алекс с удивлением посмотрела на Демида, его внешний вид никак не соотносился у неё с образом человека, посещающего закрытые аукционы ценностей. Там обычно собиралась весьма пафосная публика.

– Вполне возможно, что эта страница…

– Украдена, – закончил за неё Роберт, и она кивнула. – Может быть, а, возможно, она просто… дорога.

– Ты хотел сказать – бесценна, – поправила его Алекс, переводя взгляд с одного мужчины на другого.

– О, нет, – громко рассмеялся Демид, – она имеет определённую цену, я могу…

– И слышать не хочу, – перебила Алекс. – Такая вещь должна лежать в музее.

В её душе рождалось искреннее возмущение.