Звезда на одну роль

У старушки сестра умерла там и завещала квартиру своей племяннице. Они решили немного потесниться – продать ту, за которую больше бы дали денег.

– Дочери что, зарплату не платили?

Никита двусмысленно хмыкнул.

– Ее завод стоит уже третий год. Она в бойлерной дежурной подрабатывала. А по образованию – инженер. У стариков пенсия копеечная. А у внучки – малокровие. Надо было лечить.

– Теперь уже не надо, – сказала Катя. – Ее-то за что? Она ведь все равно не свидетель. Разве такая кроха их бы опознала?

– Им приказали: мочить всех.

– Но эта квартира не такое уж и сокровище. Наверняка там нужен ремонт. Потом от Москвы далеко. Это же не столица, не ближние районы, – не сдавалась Катя.

– Сейчас убивают, Катенька, совсем не ради десятков тысяч долларов, не за сотни. Вова Кочет, например, пришьет любого за бутылку водки. У Чистякова ставка чуть повыше: две бутылки водки и банка пива.

– Значит, они не из крутых?

– Щенки. Молодые голодные щенки.

– Господи Боже!

– Вот тебе и Господи. Их наняли за смехотворную сумму.

– А кто нанял?

Колосов протянул ей стакан с остывшим кофе.

– Я ответил на безумное количество твоих вопросов. И заметь – подробно ответил. Но ты уже зарываешься.

– Но я же не буду сейчас об этом писать. – Катя смотрела на него честно-честно.

– А шут тебя знает.

– Ничего и не шут. Они где сейчас сидят?

– Пока в УВД. Там изолятор крепкий. А утром в субботу их повезут в Москву.

– Только поосторожнее там.

Он хмыкнул.

– А тебе их жаль, да? Таких вот. Ну, это все, на что я способен, чтобы удовлетворить… – Колосов запнулся и продолжил явно не так, как хотел: – Твое, Катенька, неуемное любопытство. На часах девятнадцать ноль-ноль. Ты домой не собираешься?

– А ты? – Она смотрела на него.

Он отвел взгляд, уставился в темное окно. Никитский переулок (по-старому – улица Белинского), 3, куда выходил фасад главка, освещался тусклыми фонарями.

– А я сегодня дежурный.

Кате хотелось добавить, как в детстве, «по горшкам», но она сдержалась и только спросила:

– Очень устал?

– Очень.

– А у меня горе, Никита, – сказала она внезапно. – Подруга умерла.

Он изобразил на лице вялое соболезнование.

– Молодая?

– На год меня моложе.

– От чего?

– Да, понимаешь, какой-то несчастный случай на стройке. Ничего я пока не знаю толком.