Молчание сфинкса

А пока больше всего на свете ее занимал вопрос: кто же убил старого священника в этих безобидных дачных Тутышах и что из всего этого расследования получится?

Всем этим она попыталась поделиться с «драгоценным В.А.», но он только плечами пожал: «Убили? Ну и земля пухом. Мало ли этих убийств? Каждую неделю вон строчишь – только успевай. Чего ж так переживать-то?»

Казалось, «драгоценный» мыслил крайне примитивно, но на деле всегда оказывалось – здраво, дальновидно и, что называется, житейски-мудро. Катя часто в этом убеждалась, но все равно это его равнодушие порой ее сильно раздражало.

Но через секунду она уже говорила себе: а ты сама разве не черствая, не равнодушная? Разве так уж тебе жаль этого несчастного отца Дмитрия? Тебе просто интересно, потому что это новая тема, новое событие, новый материал. А насчет жалости – это все пустые слова. Шелуха.

Шелуха?

Катя увидела, что Колосов спускается по лестнице. Неужели и для него все это тоже шелуха? Издержки профессии?

– Ой, Никита, привет.

А ты почему опаздываешь? Я тебя жду.

«Ой, Никита» – это было уже традицией. Колосов замер на ступеньках. Таким тоном вас упрекают, когда вы опаздываете на любовное свидание. Но ему лично вроде бы сегодня утром в вестибюле главка под недремлюще-зорким взглядом дежурного никто любовных свиданий не назначал. Или все же назначили вполнамека – вчера, темным дождливым вечером в машине по дороге с места происшествия?

– Новости есть? – алчно спросила Катя. – Может быть, там уже кого-то задержали? Подозреваемого?

– Никого пока не задержали.

А ты куда же это… – Колосов едва не произнес «намылилась», но вовремя прикусил язык, – собралась?

– Как куда? С тобой в Тутыши, – Катя доверчиво просунула руку ему под локоть и повлекла на улицу. – Название какое, а? Словно глупыши. Ну что ты такой сумрачный, Никита. Ты совсем-совсем не рад, что я с тобой еду?

– Зачем едешь-то?

– Смотреть, как ты… как вы все там работаете, как ты гениально раскрываешь зловещее убийство.

Ты же вчера сам сказал, что ты не против, чтобы и я тоже участвовала, собирала материал.

– Я пошутил. Вчера.

– Иногда я просто ненавижу тебя, – Катя остановилась. – Будешь так с людьми обращаться, один останешься. Один как пень.

– Я и так один, – Колосов открыл свою «девятку». – Ну что стоишь, садись. Только учти – это прогулка на целый день. Работы полно. Дело умники из министерства на особый контроль взяли. Допоздна, может, задержимся.