Хаозар

– Да в основном то, что вижу, вернее, предвижу… – неуверенно сказал он. – Здесь, на Бетельгейзе, очень много стихий. Очень много уровней реальности. И далеко не все из них открываются… ну… для общего доступа. Это потому, что звезда сама точно не знает, хочет она, чтобы кто-нибудь там жил, или нет. Когда я рисую что-нибудь, она обдумывает то, что видит… видит в будущем… или прошлом… и решает, скрыть это или нет. Поэтому большинство своих картин я, честно говоря, прячу. Хотя всё равно многое, что на них изображено, сбывается.

Они не для просмотра. Они просто для размышления… реальности… о самой себе. Я, наверное, неубедительно объясняю?

– Не знаю… – растерялась я. Мне казалось, нет ничего лучше, чем быть художником. Публика! Выставки! Успех!.. А он, выходит, свои картины прячет?.. Зачем же тогда рисовать?

– Я думаю, что картины нужны обществу, – неуверенно протянула я, – а уж предсказания – тем более…

– Когда я пишу, я разговариваю со звездой, – терпеливо попытался объяснить он. – А через неё – со всеми душами.

Они всё равно увидят то, что я нарисовал. В реальности.

Я поёжилась. Всё это казалось ужасно грандиозным. Я-то, наоборот, думала, что картины – это как раз способ отвлечься от реальности…

– Послушай, а что, если… если бы ты увидел… или нарисовал… что-то, что тебе не понравилось бы? – смутилась я. – Получается, ты бы всё равно знал, что это случится? Ты не смог бы… отказаться? Или бросить?..

Мой вопрос, похоже, привёл его в мрачное настроение, он нахмурился и прикусил губу, словно и сам боялся чего-то подобного; хотя, по правде сказать, только я могла сморозить такую глупость.

Ну где и когда может случиться что-нибудь страшное?.. Смешно даже думать об этом.

– Тогда, наверное, пришлось бы переделывать уже в реале, – через силу ответил он и умолк.

5

К вечеру на горизонте собралось ржаво-багровое марево, подозрительно похожее на отсвет извержения какого-то пожелавшего остаться неизвестным вулкана.

– И ни одного телефона, чтобы позвонить в метеорологическую службу! – я шутливо закатила глаза.

Средства связи и транспорта никогда не появлялись в пустых городах; их приходилось настраивать своими силами, если, конечно, знаешь, как. Одна моя подруга как-то пыталась научить меня проводить интернет, но я ничего не запомнила – возможно, потому, что связь у меня ещё ни разу не пропадала.

– На уровнях ниже минус четвёртого сигнал не проходит, – машинально возразил он.

– Ты на нижних уровнях как дома, что ли?..