Мой крылатый кошмар

И я бы с радостью приняла такой ценный подарок. Вот только не от этого летуна.

– Никак меня называть не надо, – отрезала я, старательно отводя взгляд от красных бутонов-капелек. – Слушай, Гарроу, ты что, страдаешь провалами в памяти?

– С чего вдруг?

– Тебе напомнить, кто я? Кошмарная неумеха, жуткая жуть и страшилище, – перечислила я спокойно. – Ничего не забыла? Как ты там еще меня называл?

– Это когда было, – отмахнулся парень, продолжая улыбаться. – Ты вон какая стала… симпатичная. Еще и умная.

«Р-р-р-р-р!»

– Ошибаешься, я все та же. А это лишь красивая упаковка.

– Очень красивая упаковка, – поправил парень, скользя по мне довольным взглядом. – Да брось, Колючка, грех не воспользоваться таким предложением.

– Знаешь, в чем наше главное различие, Гарроу? Я не ведусь на красивую мордочку и с памятью у меня проблем нет. А еще характер остался все тем же. Противным и наглым. Так что прочь с дороги, пока я еще чем-нибудь не одарила. И это тебе точно не понравится!

– Какая грозная! Такой ты мне нравишься еще больше.

– Гарроу!

– Ладно-ладно, не рычи. Прошу, – усмехнулся он, отступая и картинно кланяясь. – Только все это зря, – прилетело мне уже в спину.

Я спустилась на несколько ступенек вниз и только тогда обернулась.

– Что зря?

– Твоя игра. Неужели ты думала, что твое вчерашнее появление в моей комнате пройдет бесследно? Зачем играть в эти игры, Колючка? Все и так знают, что мы вместе. Так зачем сопротивляться?

Я лишь поджала губы и быстро сбежала вниз, стараясь не думать об его словах.

Но это было только начало.

Влетев в кабинет, я быстро прошла к своему месту за первым столом. При моем появлении все разговоры стихли. Но всего на пару секунд, чтобы начаться с новой силой.

А вчера мне казалось, что хуже быть не может.

Выходило, что теперь я не только влюблена в Иргара, но еще и кручу роман с Гарроу. Какая прелесть. Если добавить сюда еще и Оуина, с которым я якобы встречалась два года до этого, картина получалась просто «замечательная».

Сев на стул, я с грохотом положила конспекты на стол. А потом упрямо уставилась перед собой, стараясь выбросить из головы все мысли и ни на кого не обращать внимания.

Время тянулось до безумия медленно.