Бывшие, или У любви другие планы

Девушки были очень красивые – худенькие, небольшого роста, смуглые, черноглазые, быстрые и неулыбчивые. Одежда на них была необычная, состоящая из многослойных тканей, и очень много драгоценностей, которые они носили не снимая. Я думала, что это сёстры, пока Мергери меня не просветила.

– Это жёны султана Сулейна.

– Жены? – переспросила я, по-новому смотря вслед убегающим девушкам, которые после занятий всегда стремились как можно быстрее скрыться за дверью своей комнаты. – Все три?

– У султана их около ста и еще шесть сотен наложниц.

– Шесть сотен? – подобное просто в голове не укладывалось. – Но они… Они же даже младше нас, – шепотом сообщила я.

– Одна из них уже родила ребёнка и очень переживает, что вынуждена расстаться с малышом, хотя о нём в гареме заботятся.

– В гареме? Но это же дико!

– Они так не считают, – пожала плечами Мергери. – И очень любят своего господина. Тоскуют, вынужденные исполнять его волю и учиться здесь. Хотя сомневаюсь, что они продержатся больше года.

Подруга оказалась права. Сразу после первого курса жены султана исчезли из Академии. Больше до конца обучения жительниц Барху не было.

– Это всё северянка, – уверено заявила матушка, вырывая меня из воспоминаний, и неодобрительно поджала тонкие губы. – Бесстыдница. Но чего еще ждать от этой дикарки.

– Вы не правы, Айола тут не причём.

– Она изгарка, а у них на севере такие ужасы творятся.

– Что не делает её хуже других, – поднимаясь с софы, ответила я и вновь подошла к зеркалу, изучая отражение уставшей, но всё равно красивой девушки. – Айола с младенчества обручена светским манерам и оставалась верна жениху все эти годы.

– Глупости. Для них это ничего не значит. Дикари, что с них взять.

Но я знала, что это не так. И помнила, как год назад подруга плакала, получив письмо из дома, в котором говорилось, что её жених отправился на служение в специализированный отряд, который охотился на гуи.

Гуи – это человекоподобные существа под два метра ростом, мощные, с огромными лапами и покрытые жесткой белой шерстью, которая оберегала их от суровых морозов. Голова была маленькой, приплюснутой, а рот полон острых зубов, которые играючи рвали горло жертве. В Академии было чучело этого существа, и оно производило воистину ужасающее впечатление.