Айвири. Выбор сердца

А я застыла у колонны с лесными волшебницами – тоже очень символично.

Северянин вступился за меня перед молодыми княжичами, но сам остался стоять на месте, только глазами недобро сверкал.

Именно взгляд и внушал трепет. Потому что вся остальная поза выглядела обманчиво расслабленной: сильные руки, скрещенные на груди, наклон головы в сторону, равнодушное выражение лица.

– Ты это… – не слишком уверенно промямлил болотник и, бросив взгляд на товарищей, добавил: – Иди… иди, куда шел.

– А я никуда не шел. Стою, смотрю, наблюдаю, как вы на девушку втроём наброситься решили, – отозвался мужчина спокойно, а сам на меня смотрел.

Южные княжичи посмелее оказались и от неожиданного вмешательства в себя пришли быстро.

– Ты как с нами разговариваешь?! – разгневанно вскричал княжич Аули. – Не видишь, кто перед тобой?

– Отлично вижу, – всё так же невозмутимо отозвался ликан и кивнул на каждого: – Княжич Елизар из Карнира. Аймат из Аули. И Заир из Кинари. Не так ли?

– А ты кто такой? – тут же спросил Аймат.

– Итан Ларкас, сын верховного антура Ардана и представитель своего народа на совете тридцати княжеств.

Я сглотнула. Знала ведь, что не так прост этот сероглазый, а всё равно впечатлилась. Надо же, сын верховного антура, повелителя всех ликанов, самого сильного воина своего рода. Легенды говорят, что он обладал такой силой, что даже ледяные стрелы демонов не могли его убить.

– И что? – не слишком уверенно отозвался Заир. – Иди, куда шел, а нам не мешай.

– Обязательно. Как только девушку отпустите.

– А ты здесь не командуй. Мы её первыми нашли! – огрызнулся Аймат.

Южные княжества более двадцати лет не видели ликанов и уже забыли слёзы матерей, вынужденных отдавать своих сыновей воинам севера. Забыли древний договор, нарушение которого каралась смертью для любого, будь ты крестьянин, торговец, ремесленник, да хоть князь. Скорее всего, оба княжича родились уже после сборов, проходивших в их странах. Вот и забыли правила.

Правда, не все. Елизар должен был помнить.

А вот отцу мне все рассказать придется. Распустили князья своих сыновей. Раз они смеют так разговаривать с защитниками мира. Очень бы не хотелось, чтобы младший брат вырос таким же.

– Мне и правда лучше уйти, – произнесла я, надеясь таким образом хоть немного разрядить атмосферу. Если я уйду, то им и делить будет нечего.