Я буду помнить все. Вера

Почти всю ночь он не сомкнул глаз, снова и снова перечитывая письмо Варвары Ильиничны, которое по началу показалось ему бредом умирающей одинокой старухи.

Но анализируя все то, что он слышал о своей тете от разных людей, он сделал вывод, что тетя его была абсолютно нормальным человеком, а все остальное он собирался узнать от управляющего.

– Доброе утро, Степан! – Марк Русланович ни сколько не был удивлен столь раннему и неожиданному появлению босса. А наоборот, казалось ждал его, потому, что на письменном столе дымились две чашки свежеприготовленного кофе и стояла большая тарелка с разнообразными бутербродами.

Степан не стал ходить вокруг да около, а сразу перешел к делу.

– Я бы хотел просмотреть документы одного из арендаторов.

– Я полагаю, его фамилия Колесников?

– Как вы догадались? – Степан удивленно приподнял правую бровь.

– Потому, что Степан, это я опустил письмо вчера вечером в ваш почтовый ящик!

Степан медленно сел в кресло.

– Вы? И вы считаете остроумным отправлять письма от имени давно умершей женщины? – Cтепан гневно поднялся и навис над ничего не понимающим съежившимся управляющим.

– Боюсь, я не совсем понимаю, что вы имеете в виду, Степан. – бледными губами пролепетал он, но через мгновение лицо его просветлело и он облегченно улыбнулся.– Вы не так поняли меня! Я отправил вам письмо по просьбе вашей тети!

Теперь настала очередь, Степана, смущаться.

– Я не понимаю теперь вообще ничего! – он опять с шумом опустился в кресло.

– Я сейчас все вам объясню! – Марк Русланович пододвину ближе к Степану, чашку кофе и бутерброды.– Однажды, незадолго до своей кончины, тогда Варвара Ильинична уже не выходила из дома совсем. Она пригласила меня к себе и дала мне это письмо. Я тогда очень удивился, когда увидел ее. Мы не виделись несколько недель, и за это время с ней произошли разительные перемены. Она очень похудела, осунулась и все время куталась в шерстяную шаль, словно она очень замерзла, в камине горел настоящий костер, рядом с которым стояло ее кресло, хотя был конец июля и на улице была изнуряющая жара.