Свидетель по делу о шабаше

– Пойду-ка, отберу у него сковороду, или чем он там? – поднялся брат Бернар.

– А я карпиков пока в камине укрою, чтобы не слишком остыли, – поддержал его брат Лотарь.

– Сколько волка не корми… Ох, Боже ты мой, сколько времени на покаяние не оставляй, всё равно кому-нибудь последнего дня не хватит, – покачал головой брат Фома.

– Но зато ты не поедешь сюда строить инквизиторскую тюрьму для еретиков, пропустивших срок Милосердия, – улыбнулся ему брат Лотарь.

И пока брат Бернар мыл перед выходом из трапезной руки в тазу, стряхивал с них воду, крестился на распятье, брат Фома томно вздохнул да налил себе ещё сливовой настойки.

Последнее слово при решении судьбы несчастного останется за ним. По часам завершившихся на сегодня служб, шёл уже вторник – тридцать первый день после оглашения указа Милосердия. По городским обычаям, все понедельниковые дела тоже завершены, ворота заперты до утра. Неужели ночной пришлец не успеет покаяться в сроки указа? А ведь для простеца могла сейчас длиться ночь, протекающая с понедельника на вторник, и неизвестно относящаяся ли к понедельнику, но явно не принадлежащая тридцать первому дню.

Да и мужик этот припозднившийся мог ехать к ним из глухой деревни. Пока туда дошла новость об открытии трибунала против веры в оборотней-волков. Пока разобрался, что грешен. Может быть, слухи распускал про старух превращающихся в волчиц. Может быть, как тот егерь, пилигрима не пустил на порог, испугавшись, что гость его загрызёт.

Миловать!

– Mеa culpa![1 - Mea culpa (лат. – «моя вина») – формула покаяния, принятая у католиков с XI века. В начальной части мессы прихожане, произнося или выкрикивая «Mea culpa!» трижды ударяли себя в грудь. Таким образом они приносили покаяние в грехах.

2. Оборотни

«Это небывалые холода, это нашествие волков соблазнили добрых католиков обратиться к древним суевериям», – размышлял за сливовою настойкой брат Фома, – «Либо несчастных защитим от ужаса перед оборотнями мы, доминиканцы[2 - Доминиканцы – монахи Ордена проповедников, основанного святым Домиником (1170–1221). Одной из главных задач ордена стала борьба с ересями.