Я – ваши неприятности

Машина здесь в глаза не бросалась и стояла в тени, так что был шанс не свариться заживо до того момента, когда появится Циркач. Накануне мы здесь все облазили и составили план. Впрочем, никакого особого плана и не требовалось.

Пять минут десятого дверь подъезда, в котором жил Циркач, открылась и показался он сам. Зеленые слаксы, пестрая рубашка, кроссовки и темные очки. Надеюсь, у него хорошее зрение. Я подхватила сумку и пошла навстречу. Сегодня я точно была Джульеттой. Солнечное утро, легкий ветерок, безмятежность… Я смотрела прямо перед собой и слегка улыбалась.

Он как раз отпирал машину, увидел меня, замер, проводил долгим взглядом. Я чувствовала его спиной. Толкнула стеклянную дверь бассейна и с облегчением вздохнула. Все-таки странно, что я так нервничала.

– Ну, теперь только ждать, – сказала Серафима, когда я вернулась в машину. – Не можем мы ему больше глаза мозолить. Как думаешь, клюнул?

Я только пожала плечами.

К вечеру мы заскучали. Энтузиазм испарился, осталось осознание того, что мы уже сделали все, что могли, а будет ли от этого толк, неизвестно.

Тетушка с заметной тоской поглядывала на мебель, точно прощалась с ней навеки. А я опять подумала об Италии, она выглядела еще заманчивее.

– Ох, – глухо простонала Серафима, – может, в ресторан, а, племяшка? На людей посмотрим, себя покажем?

– Отвари пельменей, – посоветовала я.

– Ну что ты к дивану прилипла? Ты ж богемная женщина…

– Мама всегда говорила, что «богема» слово бранное и меня к нему не приучила.

– Мама человек мудрый, но недопонимает.

Серафима слонялась по квартире и насвистывала, чем очень меня раздражала.

– Прекрати, – сказала я. – Все деньги высвистишь.

– Откуда ж им теперь взяться? Ох, горе-горькое, и квартира-то уже как чужая…

– Что за упаднические настроения? – возмутилась я. – Кто советовал держать хвост по ветру?

– Удержишь тут, как же. Сегодня, между прочим, понедельник.

– Я могу позвонить своему плешивому бизнесмену, – предложила я и покраснела. – Это ты на меня дурно влияешь.

Встряхнись. Хочешь, махнем километров пятьдесят на велосипедах или поднимемся на Эверест?

– Не хочу.

– Хорошо, пойдем в ресторан.

Серафима махнула рукой, поразмышляла и сказала:

– Он должен клюнуть. Мужик он, в конце концов, или нет?

– Ты меня спрашиваешь? – удивилась я.

Тут в дверь постучали, я испугалась, а Серафима нахмурилась.

– Кто это?

– Понедельник, – напомнила я.

Тетка замысловато выругалась и пошла открывать.