Я – ваши неприятности

– Как это? – возмутилась тетушка. – Да у него глаза на лоб вылезли.

– Подумаешь, глаза… И вообще, по-моему, мы переборщили. Он простой парень, а мы со своим реквизитом его скорее всего напугали. Он не пойдет на контакт.

– Ты эту публику не знаешь, – усмехнулась Серафима. – Для них самое лучшее не достаточно хорошо, можешь мне поверить.

– Нет, – покачала я головой. – И потом, эта женщина…

– Что за женщина? – насторожилась Серафима.

– Его жена…

– Вот только этого не надо, – начала свирепеть тетушка.

– Не усматриваю логики. Циркач кашу не заваривал, а его жена тем более. Бандит он или нет, а лезть в его жизнь порядочное свинство.

– Знаешь, что настоящее свинство? Волновать свою измученную тетку. Хочешь, чтобы я на старости лет без копейки осталась, по вокзалам мыкалась?! – Она вроде бы собралась реветь, я испугалась и стала мыслить шире.

– Я ведь не отказываюсь, хотя до старости тебе далеко, а о вокзалах и вовсе нет речи… Но сегодня мы пережали.

– Ты меня с ума сведешь, – всплеснула она руками. – И что теперь?

– Надо заземлять образ. Показаться еще раз.

– Опять в церкви? Так ведь целую неделю ждать. Не можем мы так бездарно тратить время, эдак и к Новому году с долгами не разделаешься.

Я решительно поднялась с дивана.

– Звони Володе, пусть приедет.

Володя приехал, чем вызвал во мне смутные подозрения. Впечатление было такое, что ему совершенно нечем себя занять.

– Ну что опять? – спросил он с излишней суровостью.

– Образ будем заземлять, – пожала плечами Серафима. – Сара Бернар говорит, пережали.

– В самый раз.

– Слушайте, если уж я участвую в этом дурацком спектакле, то буду делать все, как считаю нужным, – пришлось повысить мне голос. – Где живет этот ваш Циркач?

– На Подбельского, двухкомнатная квартира в пятиэтажке.

– По соседству имеется какое-нибудь заведение, куда бы я могла направиться утром?

– Плавательный бассейн.

– Замечательно. Во сколько Циркач выходит из дома?

– Анжелика Станиславна, у него ведь рабочий день ненормированный, откуда ж мне знать?

– Что ж, придется его подкарауливать.

– А у меня в девять планерка. Так что Циркача подкарауливать я никак не могу.

– Обойдемся, – махнула рукой Серафима. – Много от тебя толку.

Утром мы заняли позицию на улице Подбельского слева от сквера.