Детектив на пороге весны

Если он сумеет обойти запертые двери сейчас, стремительно подумала Анфиса, почему он не мог обойти их вчера ночью? Или позавчера, когда по дому Петра Мартыновича разгуливало привидение?

Может, сосед был подпольный миллионер Корейко, а Юра Латышев – его законный сын?!

– Юра, что за глупости?! Куда вы ее тащите?! Марфа Васильна, ну скажите вы им! Глупости какие!

– Анфиса, Клавдия Фемистоклюсовна совершенно права.

– Бабушка, – прикрикнула Анфиса, – если нам не удастся ничего выяснить, тебе придется уехать в город, поняла? Я от тебя не отстану, ты меня знаешь!

– Тогда расскажи мне, что ты придумала.

– Я пока ничего не придумала, мне надо все проверить.

– Юра, вы уверены, что это не опасно?

– Да что такое вы выдумали, Марфа Васильна?! Куда вы ее провожаете, а? Я ни за что не пущу, на пороге лягу и не пущу, пусть силой меня оттаскивают, пусть мне хуже будет…

– Клавдия Фемистоклюсовна, успокойтесь. Что еще за симфонии, право слово!..

– Да потому что ребенка хотите угробить, вот и симфонии!

– Клавдия Фемистоклюсовна, не волнуйтесь, – вмешался Юра, – сегодня там не опасней, чем у нас на участке.

Он понятия не имел, что именно Анфиса Коржикова собирается там проверять, но пойти с ней в пустой дом «с убийством» означало некое романтическое приключение, а ему вдруг очень захотелось… приключения.

У него не было никаких приключений – романтических и не романтических! – уже много лет, а Анфиса словно создана специально для них.

Он понял, что она ему нравится, уже давно, но сегодня, когда она сидела в машине, а он стоял, наклонившись к окну, и ее руки в перчатках были очень близко, можно потрогать, а на лице – отчаяние, Анфиса вдруг показалась ему… своей. Такой своей, что он чуть было не погладил ее по голове.

Какие немыслимые глупости.

Как назывался фильм, который он смотрел однажды вечером, лежа на диване в «домике охранника» и потягивая скверное пиво?

«Сестра его дворецкого», кажется?

Этот фильм называется «Внучка его хозяйки», и лучше его никогда не смотреть.

Никакое пиво не поможет.

Но именно потому, что делать этого не следует, он точно знал, что непременно это сделает. Пойдет с ней в засаду, и станет слушать ее логические рассуждения, и рассеивать ее страхи, и вместе с ней «расследовать убийство», выслеживать «кошмарного преступника», как выразилась бы Клавдия Фемистоклюсовна.